Исключая чувства

Утренний рейс Минск—Москва из-за сильной грозы задержали на три с лишним часа. Не успевающий к старту рабочего дня, несмотря на изначально ранний, с неплохим временным запасом вылет, Дима злился и отчаянно зевал, прихлебывая непозволительно горячий и откровенно мерзкий на вкус кофе. Знал бы, что ждать придется не запланированные тридцать-сорок минут, а бесконечные три часа, озаботился бы билетом в бизнес-зал, но полет, словно в издевку, откладывали поэтапно: на полчаса, на час, на полтора, на неопределенный срок.

Встречи с клиентами были предусмотрительно отложены на завтрашний день, но другая часть работы, немало замедлившаяся из-за недельной командировки, требовала скорейшего включения Димы в трудовой процесс и обязательно физического присутствия в офисе. В условиях повышенной нагрузки особенно раздражало, что лететь несчастных полтора часа при ожидании в половину больше. Столь ценное время оказалось истраченным впустую: и не выспаться уже, и делом не заняться.

К началу долгожданной посадки Дима зарекся в рабочие дни летать на самолетах и пообещал себе почаще выбирать железнодорожный транспорт. Там подобные, рутинные для авиасообщения проволочки практически невозможны.

В офис он добрался только в половине третьего. В лифте вместе с ним поднимались наверняка не успевшие в срок вернуться с обеда сотрудники разных компаний: кто-то чинно допивал кофе, кто-то, напротив, торопливо, едва ли не давясь, жевал фастфудный сэндвич и судорожно запивал огромные куски водой, кто-то, в унисон с Димой, слегка нервно постукивал ногой по выложенному плиткой основанию кабины в надежде ускорить подъем.

На четырнадцатом этаже рабочий процесс привычно шел своим чередом. Дима, довольный возвращением в родные места, почувствовал себя лучше. Острый контраст между комфортом собственного кабинета и удобствами переполненного аэропорта, а затем тесного салона самолета несколько раскрасил совсем не радужные перспективы ударного труда в ближайшие сутки.

По пути к себе Дима заглянул к Лехе. Перекинулся парой слов о делах насущных, пообещал, что в это воскресенье обязательно явится на общий сбор с их в кои-то веки выбравшимися на свет божий друзьями-женатиками и после получил подготовленные к его возвращению документы.

— Как там твоя красотка? — Дима как раз проверял, в порядке ли нужные ему бумаги, когда Леха задал очередной вопрос.

— Кто?

— О-о, так у тебя не одна? А я думал, ты у нас моногамный товарищ! — Дружеское ерничество сейчас было не кстати. Дел по горло, некогда языками чесать да и сил нет.

— Леха, что ты мелешь? Я не спал ни хрена, яснее говори. — Он догадывался, что любопытство связано с Ларой, но, как и прежде, болтать о своих отношениях не собирался.

— …да еще скрытный такой, — Леха же не унимался, — явки не сдаешь, на вопросы отмалчиваешься, но я теперь и без тебя знаю, как ту мадам из кафе кличут. Коллегу подцепил, значит? Сложно играешь, Димон.

— Ты про Лару? — Пришлось признавать свое поражение, лишь бы поскорее перейти к сути затеянной другом беседы и смотаться восвояси.

— Про нее самую. — Голос был самый довольный. — Лара Алексеевна — героиня сегодняшнего дня. Чего только не рассказывают… просвети меня из первых уст, а? Реально ей там угрожали или Максаков нагнетает в интересах процесса?

Во всем теле дернулись и остановились ниточки-веревочки, заставляя Диму окоченеть. В то же мгновение он перевел прилипший к бумагам взгляд в сторону Лехи.

— Угрожали? Когда?

— Ты не в курсе, что ли? — Карие глаза распахнулись от удивления на грани то ли жалостливого неверия, то ли сильного недоумения. — Серьезно? Я думал, сопли-слезы — все тебе достались.

— Это не… — Дима захотел возразить, потому что Леха, записавший Лару в ряды кисейный барышень, был оскорбительно не прав. «Сопли-слезы» — это не про нее. Но важным сейчас было другое, и Дима собрался, успокаивая бардак в голове. — К черту. С Ларой что? Подробнее.

— Нормально все, выдохни, — эти слова Леха произнес уже другим тоном: успокаивающим, серьезным. Внимательно всмотревшись в димино лицо, кивнул, прежде чем продолжить: — Жива-здорова, шуганули ее маленько, судя по всему. Я на тринадцатый этаж сегодня заходил, а там только про это и болтают. Молодняк особенно. Малыши, видать, думали, в наши времена такого не бывает.

— Про что именно болтают? Леха, по делу говори!

— Не паникуй ты. Вроде утром она к своему доверителю поехала, какие-то там документы смотреть, я не в курсе. Ну и я так понял, с противоположной стороны ее участию не очень рады, шуганули ее то ли на парковке, то ли во дворах каких-то. Облили чем-то. Не кислотой, не боись. Так, кровь какая-то или кетчуп разведенный. Чисто страху нагнать.

— Я понял. — Дима быстро натянул сброшенное ранее на стул пальто, подхватил вещи. — Спасибо. Одолжение сделай — объясни главному, почему меня сегодня не будет, окей? Консультаций у меня нет, с остальным я потом разберусь.

— Ты к ней, что ли?

Дима только отрывисто дернул головой и выскочил за дверь.

Глава 28