Искусство шпионажа: Тайная история спецтехники ЦРУ

Тем временем системы подслушивания совершенствовались, число типов радиопередатчиков, источников электропитания, микрофонов и монтажных инструментов увеличивалось, и техникам уже потребовалось дополнительное обучение для сборки, настройки и проверки нового оборудования. Эпоха самоучек и радиолюбителей закончилась. Освоение техники акустического контроля «по ходу дела» уступило место более строгому и формализованному следованию инструкциям.

«Если бы мы уйдем из разведки, то будем грабить банки», – сказал Антонио («Тони») Мендес, один из трех сотрудников OTS, которых наградили в ЦРУ в 1997 г. званием «Новатор»{316}. Никакие другие этапы операции по установке техники акустического контроля не давали более сильного прилива адреналина, чем тайное проникновение в охраняемое помещение. Это называлось «тихий заход»{317}. В большинстве случаев техники проникали в помещения или другие места, где могли «познакомиться» с документами, вскрыть багаж, дипломатическую почту или проникнуть в автомобиль. Из-за высокой степени риска тайные проникновения тщательно планировались и многократно репетировались.

Во время Второй мировой войны УСС для тайных проникновений вербовало специалистов из криминального мира, имевших опыт в кражах, вскрытии замков и сейфов. УСС разработало и выпустило маленький «нож для замков», содержащий наборы отмычек вместо лезвий, которые помещались в кармане сотрудника и помогали в случае необходимости пробраться в нужное помещение. Оригинальная инструкция для тайного проникновения сотрудника УСС содержала советы агенту в решении особых проблем:

«Если вам требуется получить доступ к секретным документам, скопировать или запомнить их содержание, вы должны после проведения мероприятия оставить помещения и все предметы в таком же виде, как и до вашего захода. Любые мелочи, способные вызвать подозрения, в большинстве случаев могут закончиться задержанием вас, как взломщика сейфа, и потому агенту требуется полностью изучить процедуру тайного проникновения, чтобы использовать полученные навыки для работы на вражеской территории»{318}.

Задачи для операций тайного проникновения не изменились и после Второй мировой войны. «Вражескими» территориями стали расположенные по всему миру строго охраняемые официальные миссии главных противников США в холодной войне. В то время весь состав офицеров-акустиков обучался основам «тайного проникновения сотрудника разведки», а небольшая группа профессионалов постоянно совершенствовалась в этой работе{319}. Эти техники могли виртуозно подниматься по специальным складным лестницам в обход систем сигнализации, открывать замки, вскрывать сейфы и обследовать помещения для поиска мест установки спецтехники. Эти специалисты утверждали, что если иметь запас времени и достаточное количество инструментов, каждый замок мог быть открыт, а любая сигнализация отключена. Но в реальных условиях всегда были ограничения по времени и по количеству оборудования, которое можно было использовать в процессе внедрения спецтехники{320}.

Теле– и кинофильмы часто показывали сцены открывания замков, однако настоящие методы вскрытия требовали навыков и практики. Как правило, вскрытие сложного замка было больше искусством, чем наукой. Однажды техник ЦРУ конце 1960-х гг. просидел все выходные у себя в квартире в одной из европейских столиц, пытаясь открыть новый иностранный замок. В первый раз ему потребовалось для этого более 20 часов, но после тренировки он смог уверенно открыть замок за пять минут.

Объекты оперативного интереса ЦРУ обычно хорошо защищались, и чем более ценная информация находилась внутри них, тем больше уровней защиты имели замки, специальные двери, бронированные ворота, окна, картотеки, хранилища, сейфы и системы сигнализации. Специалист по замкам должен был иметь опыт работы с множеством запорных механизмов, используемых в различных частях света. Техники ЦРУ вскоре обнаружили, что, например, немецкие замки были особенно трудными по сравнению с устройствами, используемыми в Южной Азии.