Искусство шпионажа: Тайная история спецтехники ЦРУ

«Только подумайте: эта исключительная и во всех смыслах совершенная фотокамера была полностью бесполезной как коммерческий продукт, – рассказывал Джин. – Она могла сделать превосходный фотоснимок листа формата А4. Но у этой фотокамеры была только одна глубина резкости – около 30 см – и никакой другой».

Сборка новой фотокамеры T-100 более всего напоминала технологию изготовления часов. Владелец компании собирал каждую фотокамеру под большой лупой, что только подчеркивало необычное назначение этого великолепного шпионского устройства. «Все необходимые материалы и компоненты были у него под рукой, – объяснял Джин, который как-то присутствовал во время сборки фотокамеры. – Это был реальная Машина Руби Голдберга[16], в которой крошечные детали соединялись в целый блок».

Камера Т-100 была уникальным устройством и обеспечивала высокий уровень оперативной безопасности. Контрразведка не могла предпринять контрмеры против такого агентурного устройства, тем более что она не сразу узнала о его существовании. Однако эта же уникальность камеры в конечном счете стала причиной беспокойства в Лэнгли. В конце 1970-х гг., когда фотокамера T-100 уже доказала большие технические возможности шпионажа во время холодной войны, руководители забеспокоились о будущих поставках. Маленькая компания-изготовитель была единственным поставщиком такой техники; в ней работал редкий мастер, способный собрать в одно целое все крошечные компоненты. Именно в этом и была опасность для ЦРУ – а вдруг у мастера начнут дрожать руки или он случайно получит травму?

Конструктор-создатель Т-100 понимал уязвимость своего изобретения и сделал для ЦРУ все необходимые спецификации и чертежи. Сложная технология сборки объектива из десятка компонентов, устанавливаемых друг за другом, на первый взгляд казалась вполне понятной, логичной и доступной для других изготовителей. Поэтому ЦРУ обратило внимание на одну из ведущих оптических компаний США, как на возможную базу для создания компонентов и сборки Т-100.

«Мы показали им сборочный чертеж и спросили, что они думают. Смогут ли они это сделать? – вспоминал Джин. – Нам ответили: "Нет, эта штука работать не будет. Свет не будет фокусироваться должным образом, и вы никогда не сделаете снимок с помощью такого микрообъектива". Естественно, мы не стали говорить, что у нас уже есть 50 фотокамер на складе и все они прекрасно работают. Мы ответили: "Большое спасибо", – и ушли».

Другой потенциальный претендент на изготовление Т-100 появился после того, как в Лэнгли разрешили дружественной разведывательной службе позаимствовать некоторые из своих специальных фотокамер. Почти сразу техническое подразделение этой службы попросило разрешения сделать свою собственную модель. ЦРУ согласилось поделиться чертежами, надеясь, что заграничное производство, возможно, станет вторым важным источником уникальных фотокамер. После нескольких месяцев дружественная разведка сообщила, что они не в состоянии сделать копию устройства.

Сами изобретатели, работавшие на ЦРУ, были столь же незаменимыми, как и устройства, которые они создавали. Одна из наиболее странных встреч, о которой вспоминает Джин, произошла в процессе поиска новой энергоемкой электробатареи в окрестностях штата Нью-Йорк. «В один из февральских дней я собирался туда вылететь. Меня встретили в аэропорту, и по дороге мой коллега сказал: «Это наш не совсем обычный подрядчик. Это маленький чудак».

Теряясь в догадках, Джин добрался до пригородного дома изобретателя и обнаружил его на заднем дворе – тот рыл траншеи с помощью небольшого экскаватора. Закончив свое рытье, изобретатель вскочил на маленький бульдозер и засыпал траншею. Как оказалось, рытье траншей, оврагов и последующее их заполнение были его хобби.

После представлений и любезностей друг другу изобретатель пригласил двух офицеров ЦРУ для осмотра его мастерской. «Мы вошли в подвал, где были сварочные аппараты, сверлильные станки и много других инструментов, и все это говорило о том, что перед нами настоящий мастер, – рассказывал Жан. – И среди всего этого хлама изобретатель собирал вручную в подвале небольшие батареи. Но такие люди были единственными в своем роде, и они понимали наши необычные запросы».

Оригиналами были не только внешние подрядчики ЦРУ. Одним из легендарных инженеров OTS стал Брайан Холмс, которого помнят за его потрясающий личный стиль работы и невероятный творческий потенциал. Холмс был непревзойденным технарем, но руководителей и коллег сводила с ума неисправимая беспечность этого сотрудника, оставлявшего секретные бумаги где попало. Эти нарушения были причинами тщательных проверок соблюдения секретности, которые нервировали все подразделение.

«Брайан был кошмаром, просто катастрофой. Этот сукин сын по праву получал свои награды за придумывание всяких штучек, которые никто другой не мог сделать», – рассказывал Грэг Форд, старший менеджер OTS.