бок следует избегать, так как они могут быть чреваты послед- ствиями, не поддающимися пониманию простого смертного. Поэтому даос — осторожное существо; он всегда насторо- же, всегда сознает возможные опасности. Даос ведет себя смиренно, скрывается под маской и ступает мягко, «словно переходит вброд холодный ручей»
Тот, кто легкомысленно относится к жизни, столк-
нется с множеством страданий.
Осторожный даос практикует концепцию увэй, или не- вмешательства. Он делает лишь то, что нужно для дости- женил благополучия, и таким образом бережет силы на тот случай, если что-либо станет непосредственно угрожать его благополучию. Соответственно, он не вмешивается в чужие дела и не участвует в делах мира.
Реакция на возникающие проблемы — то есть принятие мер — требует гибкости. Предостерегая от излишней твер- дости, Лао-цзы замечает, что несгибаемые деревья первыми ломаются в бурю. Эта концепция важна, так как перемены происходят постоянно. Иногда перемены наступают посте- пенно, иногда — внезапно и травматично, но ничто не оста- ется статичным. Даос должен приспосабливаться к ситуаци- ям, требующим гибкости ума и тела, чтобы выжить в нашем мире, полном хаоса, абсурда и страданий.
Лао-цзы экстраполирует эту концепцию гибкости, предо- стерегая людей от того, чтобы они слишком полагались на какие-либо планы. Его предостережение о ненадежности
планов идет вразрез с убеждением большинства западных людей в святости долгосрочных инвестиционных планов. Тот, кто верит, что планы обязательно принесут ожидаемые плоды, навлекает на себя беду. Следует понимать, что плани- рование требует постоянной корректировки, а в некоторых случаях — немедленного отказа от плана. Будь то план жиз- ни, бизнес-план или план боевых действий — корректировка есть ключ к успеху. Адаптация и корректировка — действия, доступные лишь податливому уму. При отсутствии гибко- сти сюрпризы, которые преподносит жизнь, парализуют волю. В результате наступит полное разочарование и чувство безысходности.
Лаос постоянно настраивает свои желания и ожидания на реальную ситуацию. Он всегда осознает ограничения, прису- шие ситуации, — как внешние, так и свои личные. Человек духовный сознательно держит свои ожидания под контро- лем. Следуя девизу «простые радости жизни — самые луч- шие», он соответственно настраивает свои желания.
Кроме того, ограничение желаний и ожиданий притупля- ет потребность в богатстве. В отличие от других вероучений, даосизм далек от того, чтобы чернить богатство. Деньги — это средства, на которые приобретается комфортабельный стиль жизни, поэтому они играют позитивную роль. В под- тверждение этому в даосских храмах Бог Богатства занимает видное место. Однако если человек всю жизнь кладет на то, чтобы копить собственность, в ущерб повседневному бла- гополучию, — богатство начинает жить своей собственной жизнью, что неизбежно приводит к несчастьям. Организуя свой образ жизни, даос сам решает, сколько времени ему по- свяшать зарабатыванию денег, а сколько — использованию заработанного себе в удовольствие.
По мере созревания даоса его понимание ограничений углубляется. В сущности, на смену ощущению беэгранич- ных возможностей, присущему юности, приходит мудрость зрелого возраста, делающая взгляд на жизнь более умерен- ным. Неизменным результатом для даоса является глубокое чувство смирения. Человеку духовному претит бравада са- моуверенной толпы. Истинное смирение — вот Путь, кото- рый накладывает отпечаток на поведение даоса. Чжуан-цзы так обобщенно характеризует образ мыслей даоса, описывая «мудрецов древности»:
Чистые люди древности высились, как исполины, не боясь рухнуть. Они вели себя сдержанно, не оглядывалась на других. От природы независимые умом, они не были суровы. Живя в неограниченной свободе, они не пытались этим похваляться. Они были улыбчивы, будто всем довольны, и их реакции на окружение были естественны. Их безмятежность была отражением внутренней доброты.