Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Когда это вспоминаешь, вовсе не удивляешься – обычная человеческая комедия, пусть и с участием ученых. Тем не менее благодаря кропотливому труду Ван Хорна и многих других дартмутский проект продолжался еще несколько лет. Кослоу из Национального института психического здоровья каким-то образом сумел добыть в Национальном научном фонде деньги для запуска проекта. В 2004 году он утвердил дальнейшие планы и продлил финансирование еще на пять лет. К сожалению, так вышло, что он сменил место работы, а новый руководитель проекта срезал финансирование до двухлетнего. Это было ужасно, потому что тысячи пользователей во всем мире брали данные из нашей базы как для научной работы, так и в учебных целях. В наши дни появляется множество баз данных нейровизуализации. Особого внимания заслуживает финансируемый Национальными институтами здравоохранения международный проект “Коннектом человека”, цель которого – картировать все функциональные и анатомические связи в человеческом мозге. Все эти базы основаны на новаторских разработках, проведенных в Дартмуте. А создание их началось с того, что как-то в кафе один математик сказал одному нейробиологу: “Это нам по силам”.

Дорогу молодым ученым

Странным образом тот же колледж, который послужил источником материала для фильма “Зверинец” и культивировал разные мужские заскоки, взрастил и выпустил в жизнь многих молодых женщин. Обстановка в нем начала меняться к лучшему в 1974 году, когда вопреки протестам колледж перешел на совместное обучение юношей и девушек. Курировал реформы Джон Кемени. Как и во многих подобных случаях, теперь выпускники колледжа удивляются, почему на это потребовалось столько времени. Дартмутские женщины – это что-то особенное. Они добились своего – победили дурацкие дартмутские обычаи.

В 2011 году актовую речь произнес Конан О’Брайен. Это невероятно энергичный, с виду грубоватый человек, типичный представитель Гарварда с прекрасным чувством юмора. Отпустив несколько шуток в адрес старшекурсников, стоя за большим пнем, как за трибуной, он сказал:

Ты настолько не уверен в себе, Дартмут, что даже не понимаешь, что заслуживаешь настоящей трибуны. Вы уж меня простите, но что это за хрень? Можно подумать, ее сперли из реквизита для съемок какого-то фильма. Серьезно, этим мог бы воспользоваться медведь на собрании анонимных алкоголиков.

Нет, Дартмут, тебе следует держаться с достоинством. Подними голову и стой гордо.

Ибо Гарвард, Йель и Принстон – твои самодовольные и тщеславные старшие братья, которые любят похвастаться важными связями, а ты, младший братик, крут, уверен в своей сексуальности, играешь в лякросс и знаешь, как закатить банкет и выглядеть на все сто в стеганой пуховой жилетке. Браун, ясное дело, – твоя сестренка-лесбиянка, никогда не покидающая своей комнаты. Ну а Пенн, Колумбия, Корнелл – если честно, до них и дела никому нет[199].

Дартмутцы обоих полов шумно выразили свое одобрение, и их поддержал присутствовавший там же сорок первый президент США, которому должны был присвоить почетную ученую степень. Дартмутские женщины в стеганых пуховых жилетках действительно выглядят на все сто. Среди студентов моей группы 1998 года была Сара Тьютинг, вратарь женской хоккейной команды-чемпиона Дартмутского колледжа. Впоследствии она выиграла две олимпийские золотые медали. За пределами спортивной площадки она увлеченно занималась нейробиологией и при этом славилась хладнокровием и беззаботностью. Мои занятия стояли впритык к ее тренировкам, и она вынуждена была приходить в аудиторию с клюшкой, чтобы после занятий быстро убежать на площадку. Она незаметно пробиралась в аудиторию, засовывала клюшку между книг на столе, а потом задавала какой-нибудь серьезный вопрос о природе сознания. Крутая, как говорит Конан.