Сергей Богачёв Истории земли Донецкой. От курганов до терриконов

© Богачёв С. В., 2024

© ООО «Издательство „Вече“», 2024

Удивительная проза Богачёва

Читатель прекрасно знает, что настоящая литература не может просто так отпустить его от раскрытого перед ним произведения и не принять в свою душу боль и проблемы говорящего с ним писателя или героев его книги. Особенно важно это бывает, когда речь идёт о произведении, касающемся лиц или событий, так или иначе связанных с людьми, приключениями или местностью, с которыми ты пересекался в своей жизни и которые стали частью твоей собственной биографии. Так произошло со множеством людей, которые родились, жили, росли, работали, учились или хотя бы однажды бывали в Донецкой области и которым этот край навсегда вошёл в память и в душу. Потому что Донбасс – это не просто территория с угольными шахтами, металлургическими заводами, пшеничными полями и работающими на них людьми, а часть собственного сердца каждого, кто успел полюбить эту землю и с жаром вбирает в себя всё, что написано писателями об этой уникальной местности. Таким, в частности, автором является Сергей Валентинович Богачёв, всю жизнь пишущий книги о судьбе родного ему Донбасса и окружающей его Украины.

Земля донецкая – это не просто степи между Доном и Днепром, но также события, неразрывно связанные с историей киммерийцев, скифов, сарматов, остготов, греков, славян, крымских татар, хазар, древнерусских князей Святослава и Игоря, а также историей ряда других народов и непосредственно с жизнью самой нашей России. Нельзя, в частности, не отметить, что именно через Донецкий край проходили пути Великого переселения народов, в числе которых были такие многочисленные Шелковые торговые пути, как Кальмиусский, Изюмский, Муравский, а вблизи Кальмиуса (то есть реки, на которой стоит сейчас Донецк) произошла знаменитая битва на Калке.

Настоящая проза всегда сложна, глубока и многопланова, насыщена не только неожиданными поворотами сюжета, психологическими лабиринтами и философскими выводами, но и рассыпанными по всему пространству текста мелкими наблюдениями, способными претендовать на самостоятельные полноценные миниатюры. Таким мастерством прекрасно владеет донецкий прозаик Сергей Валентинович Богачёв, автор 180 научных работ, в том числе шести монографий и пяти учебников, а кроме того – порядка двух десятков историко-художественных романов, включая такие, как «Мизер с тузами», «Ударная волна», «Переход», «Газовый контракт», «Граффские наследники», «Проклятие Митридата», «Богдан Хмельницкий: искушение», «Век испытаний», «Незаконченный дневник», «Истории Дикого поля», «Последний приказ Нестора Махно», «Аляска – Крым: сделка века», «Охота на императора» и другие полуисторические, полудетективные или полукриминальные книги. Только что им в московском издательстве «Вече» выпущена в свет книга прозы «Истории земли Донецкой. От курганов до терриконов», в которой перед читателями раскрывается полная невероятно ярких и отчаянно горьких схваток русских воинов с половцами, монголо-татарами, турками, персами и воинами других народов. Вот, например, Сергей Богачёв в своём повествовании «Платов» рассказывает о столкновении воинов казака Матвея Платова с ордой татар:

«Склоны холма покрывались телами штурмующих татар, темнокожих арабов и прочих временных союзников Девлет-Гирея, возжелавшего ратной победы над русским войском, – пишет автор. – С каждым приступом, словно с приливом, выносящим на берег всё, что непотребно морю, количество трупов бусурманских увеличивалось. Уже и пробраться между ними не представлялось возможным – лезли турки на вершину укреплённого холма по телам своих убитых в схватке соплеменников и союзников, нарываясь на выстрелы, звучавшие уже не так стройно – за укреплением тоже несли потери».

А вот в рассказе «Славяносербия» он ведёт рассказ о битвах русских войск, включая братьев сербов, с турками. Он пишет:

«На южных рубежах Австрийской империи сербы держали границу против Османской империи, воины которой владели ружьями, имели пушки и давно пользовались убийственной силой пороха. Турецкие части невозможно было не заметить – они всегда брали количеством, новый же враг граничар, поселившихся на Донце, был бесшумным и быстрым, как тень совы в лунную ночь. Классические правила ведения боя против них не действовали – крымские татары никогда не шли в лобовую атаку, они перемещались, выманивая врага на себя, под основные силы. Маневрировали, на расстояние выстрела не приближались…»

И далее Богачёв пишет, обрисовывая происходящие события:

«Назвать настоящим боем то, что происходило дальше, было нельзя. Стрелы против ружей. Причем ружья явно проигрывали – стрелы из колчана ложились на тетиву гораздо чаще, чем пули в ствол. Граничары падали один за одним, не успевая приблизиться на расстояние сабельного удара. Татары то появлялись, то исчезали из-за холмов и оврагов, разя защитников редута поодиночке…»