История Библии. Где и как появились библейские тексты, зачем они были написаны и какую сыграли роль в мировой истории и культуре

На французском языке тоже был выполнен в высшей степени новаторский перевод. Его создали в Доминиканской библейской школе, расположенной в Иерусалиме, и опубликовали по частям с 1948 по 1955 год как «Иерусалимскую Библию» (Bible de Jérusalem). Для работы с переводом привлекали поэтов и литературоведов. Стихотворные тексты, подобные псалмам, передаются метрическим стихом, а научные знания, представленные по высочайшим стандартам, как и подобает книге, рожденной в таком месте, приводятся в бесценных комментариях и вступлениях к разным библейским книгам. Ранним французским версиям не уделяется ни малейшего внимания; вероятно, в данном случае это было легче, нежели при работе с текстами на английском – за счет отсутствия стандартного французского перевода, способного перекликаться с новой версией. В 1966 году Иерусалимскую Библию перевели на английский – под названием Jerusalem Bible, сокращенно JB, – и вскоре она была принята в литургическом богослужении Католической Церкви в Великобритании и в США, а также в других англоязычных странах, и широко распространилась среди тех, кто изучал Библию. Ее достижение заключалось в том, что ее создатели не только использовали современную манеру речи, подобно авторам «Новой Английской Библии», но и пытались подражать ритму и тону оригинала – и, скажем, текст Евангелия от Иоанна они передавали намного более возвышенным слогом, нежели тексты синоптических Евангелий; послания Павла звучали на разговорном английском, а пассажи из пророческих книг – непрерывно, на одном дыхании, в тексте, пронизанном чувством крайней необходимости и страхом. «Иерусалимская Библия» была тщательно пересмотрена и исправлена в 1985 году и вышла в свет как «Новая Иерусалимская Библия» (New Jerusalem Bible, NJB). Во многом она остается самым новаторским библейским переводом, доступным широкой публике.

Евреи, желавшие прочесть английскую версию Еврейской Библии, много лет довольствовались Библией короля Якова или ее слегка исправленными версиями. Однако в XX веке, а если точнее, то в 1917 году, Еврейское издательское общество в США выпустило новый перевод с простым названием «Танах» – так иудеи по традиции называют свое Священное Писание (см. главу 1). Второе издание, пересмотренное и исправленное, появилось в 1985 году. Английский в нем сравнительно современный, а по содержанию он очень близок к еврейским и арамейским оригиналам и, в частности, в нем – в отличие от всех христианских традиций – текст Масоры не меняется даже там, где он явно искажен. Благодаря этому такая версия очень полезна в изучении Библии, когда под рукой нет ни еврейских, ни арамейских текстов: она в точности передает смысл Масоры – при условии, что ее читают наряду с комментариями, подобными тем, какие приведены в превосходной «Еврейской учебной Библии» [25].

Подражательные переводы

Третья категория переводов представлена несколькими версиями Еврейской Библии; их подготовили еврейские библеисты в XX–XXI веках. Эти версии стремятся подражать структуре, стилю и лексике оригинала, сознательно внося чужеродные образцы речи в целевой язык. Конечно, так английский (немецкий, французский, любой другой) язык становится нетрадиционным, но есть и достоинство: во-первых, признается иной характер переводимого текста, а во-вторых, можно не бояться того, что на перевод слишком сильно повлияет современная культура, и он, можно сказать, «одомашнится» (как перевод Джона Бертрама Филлипса, о котором мы говорили выше).

В какой-то мере эта традиция идет по стопам Тиндейла, который сохранил еврейские идиомы вроде «жестоковыйный» (в значении «упрямый»), как поступили до него Септуагинта и Вульгата. Такие идиомы столь хорошо вошли в английский и другие языки, что их чужеродное происхождение совсем не замечается. И равно так же на синтаксическом уровне склонность иврита начинать каждое предложение с союза «и» перешла в то, что мы сейчас называем «библейским стилем», и если фраза с этого союза не начинается (а так порой происходит и в «Иерусалимской Библии», и в «Новой Английской Библии»), то мы, в том случае, когда Библия нам хорошо знакома, вдруг чувствуем, будто что-то не так. Подражательный перевод улавливает культурную отдаленность между нами и Библией, хотя он и не в силах передать то, как звучала Библия для ее первых читателей, которым, скорее всего, этот стиль вовсе не казался странным. Перевод всегда подразумевает компромисс между тем, как передать текст таким образом, словно он был написан на целевом языке – и при этом все же указать на его чужеродное происхождение. В традиции «Новой Английской Библии» и «Иерусалимской Библии» проявляют признание первого из этих принципов, но могут легко забыть о втором. А теперь мы поговорим о переводах, в которых поступают наоборот.