История Британских островов

Армстронг активно внедрял технические новшества и первым пустил гидроэлектростанцию, а его великолепный дом в Крэгсайде в 1880 г. стал первым домом, полностью освещенным электрическими лампочками. Армстронг поставил гидравлическое оборудование для строительства Тауэр-Бриджа, открытого в 1894 г. и ставшего величественным символом империи. Под его руководством были созданы гидравлические лифты, необходимые для лондонской подземной железной дороги. Занимаясь благотворительностью, Армстронг способствовал улучшению водоснабжения в Ньюкасле, поддерживал местное образование и здравоохранение. Он приобрел значительное состояние и в 1887 г. был возведен в ранг пэра. Он был президентом Ассоциации искусств и покупал работы современных британских художников, таких как Данте Габриэль Россетти. Нет ничего удивительного в том, что такой могущественный человек, крупнейший собственник викторианской эпохи, в 1894 г. приобрел замок Бамборо, центр Нортумбрийского королевства в англо-саксонский период.

Исембард Кингдом Брюнель (1806-1859) не достиг таких вершин успеха, как Армстронг, но также весьма настойчиво внедрял в производство технические новинки. Замечательные инженерные триумфы Брюнеля, такие как Клифтонский подвесной мост, его достижения в качестве главного инженера Великой Западной железной дороги (1833-1846 гг.) и его большие железные пароходы «Great Western» (1838 г.), «Great Britain» (1845 г.) и «Great Eastern» (1858 г.) отражали его работу на передовом участке технических инноваций, например, над гребным винтом. «Great Western» после спуска на воду стал самым большим пароходом во флоте и первым начал регулярно ходить в Америку; «Great Britain» был первым крупным кораблем с гребным винтом; «Great Eastern», построенный с использованием новейших технологий, был самым большим пароходом. Изобретатели и предприниматели совместными усилиями раздвигали границы человеческой деятельности. Например, химическая промышленность способствовала созданию широчайшего спектра новых продуктов, которые оказали значительное воздействие на материальные условия жизни, произведя переворот в таких областях, как производство красителей и продуктов питания.

Предпринимательством занимались и выходцы из землевладельческого сословия. В 1859 г. Роуленд Уинн начал развивать добычу железа в своих семейных имениях в Линкольншире, поставляя его на металлургические предприятия в Сканторпе. В 1885 г. Уинн, ставший уже лордом Сент-Освальдом, заменил на своих шахтах ручной труд грейферными кранами. К 1917 г. шахты Сент-Освальда давали двенадцатую часть годовой добычи железной руды.

Глобальная экономика

Экономический рост, тем не менее, не означал, что Британия могла не опасаться соперничества со стороны континентальных стран. До 1840-х гг. серьезные опасения в качестве потенциального индустриального соперника вызывала Франция, а беспокойство, которое испытывали британцы по отношению к Германии, стало основной причиной отмены Законов о торговле зерном, которые поддерживали высокие цены на зерно к выгоде британского сельского хозяйства. В парламентских дебатах по законам о торговле зерном, проходивших в феврале-марте 1839 г. вследствие депрессии, наступившей в сельскохозяйственной сфере, почти каждый из выступавших затрагивал тему угрозы со стороны зарубежных производителей, особенно возросшей в связи с созданием германского таможенного союза (Zollverein) в 1834 г. Уверенность в своем экономическом могуществе достигла высшего пика в 1850-х и 1860-х гг., оказавшихся необычайно благополучными, но и тогда эта уверенность не была абсолютной.

Впрочем, важное значение имело не только экономическое развитие Британии, но и наладившиеся международные связи. В результате завершения периода протекционизма по отношению к сельскому хозяйству, последовавшего за отменой Закона о торговле зерном (1846 г.), и технологических изменений, включая появление пароходов, колючей проволоки, разветвленной сети железных дорог и, в 1880-х гг., охлажденных трюмов, которые привели к подъему сельскохозяйственного производства для европейского рынка в других странах умеренного пояса и к возможности быстрой перевозки продуктов без их порчи, Британия стала начиная с 1870-х и 1880-х гг. частью глобальной аграрной системы. Она больше расчитывала на ресурсы империи, чем на поставки из Европы; зерно в значительных объемах покупалось в Германии, Польше и России только в особых случаях. С континента завозились некоторые важные сельскохозяйственные продукты, особенно фрукты и овощи, например, германская сахарная свекла.

К концу XIX в. основу британских завтраков составлял датский бекон и яйца. Тем не менее Британия не могла обойтись без североамериканского зерна, аргентинской говядины и австралазийской шерсти и баранины, которые, по иронии судьбы, стали доступными благодаря именно британской технологии, в частности, железным дорогам, и производились при участии британских капиталов.