История Франции. От Карла Великого до Жанны д'Арк

Следующим шагом должен был стать мирный договор между Францией (как думал Филипп Бургундский, который управлял королем и королевой) и Англией. Всю Францию к северу от реки Луары нужно уступить Англии, кроме, конечно, области, управляемой Филиппом. Карл VI должен был остаться королем Франции, ибо он законный и помазанный монарх, но сына короля, дофина Карла, объявили незаконнорожденным. Генрих вынудил королеву Изабеллу, мать дофина, клясться в незаконном рождении, и это было не так уж и невозможно, потому что мальчик был рожден спустя десять лет после начала припадков безумия у его отца.

Был ли он на самом деле незаконнорожденным или нет, но клятва его матери дала юридическую силу на исключение его из числа претендентов на трон.

Следующий шаг был прост. Карл VI был вынужден принять Генриха V как своего сына и объявить его наследником трона. Кроме того, на всякий случай Генрих V должен был жениться на девятнадцатилетней дочери Карла Екатерине (она была также рождена после начала безумия Карла, но никто не смел поднимать вопрос относительно ее законнорожденности). При таком браке, если бы Генрих имел сына, он стал бы внуком Карла VI, и оставалось бы только надеяться, что французы примут его.

Договор был подписан 20 мая 1420 года в Труа, и 2 июня Генрих женился на Екатерине. 6 декабря 1421 года Екатерина, которая была тогда в Англии, родила Генриху сына. Сын, которого Генрих сильно ждал, должен был в свое время править объединенным королевством Англии и Франции.

На волосок от смерти

Казалось, что Генрих V окончательно победил. Когда родился его сын, ему было только тридцать четыре года, и через шесть лет сражений во Франции он почти отвоевал страну, не проиграв ни одного сражения.

Между тем Франция оказалась на краю гибели. Объемы торговли снижались, цены росли, число бедных увеличивалось. Униженная и оскорбленная на полях сражений, Франция становилась экономической пустыней. Даже Парижский университет переживал не лучшие времена, когда английские солдаты высокомерно относились к захваченному Парижу и Франции, и казалось, что он потеряет даже свое интеллектуальное лидерство.

И все же, хотя английское превосходство казалось бесспорным, это была фактически незначительная вещь. Англичан было гораздо меньше, чем французов, и Англия могла удержаться в большой враждебной стране только до тех пор, пока оставались неизменными два фактора, оба из которых они никак не могли контролировать.

Во-первых, англичане имели преимущество только до тех пор, пока французы в сражениях продолжали бы применять тактику средневекового турнира. Но надолго ли? Азенкур преподал им очередной отличный урок. Потребовалось столетие с четвертью, чтобы французы стали понимать, что сражение больше не было турниром.

Во-вторых, англичане имели преимущество только до тех пор, пока во Франции шла гражданская война, и англичане боролись только с половиной Франции. Прекратись гражданская война, и в тот же миг у Англии появились бы крупные неприятности.

И все же в то время, пока Генрих V был жив, французы все еще не научились сражаться должным образом и не могли закончить гражданскую войну, одновременно продолжая сопротивляться.

Французский дофин в Бурже хотя и был слаб и чрезвычайно пассивен, однако представлял Францию, и с этим фактом так или иначе надо было считаться. Французы оставались в своих замках, чтобы оказать сопротивление англичанам, и убивали англичан, несмотря на соглашение в Труа, несмотря на брак Генриха с Екатериной, несмотря на захват столицы.

Генрих не присутствовал там, где англичане терпели поражения. После заключения брака Генрих забрал жену с собой в Англию, и в то время, когда он был за пределами Франции, брат Генриха, Томас Кларенс, пробовал завоевать немного собственной славы. Казалось, не было никакой разумной причины бояться французов, так как несколько англичан могли нанести поражение любому числу французов, и Азенкур доказал это. 23 марта 1421 года Томас повел трехтысячную английскую армию глубоко в Анжу, за сто пятьдесят миль к юго-западу от Парижа, позволил себе попасть в засаду превосходящих сил французов. Он был побежден и убит.

Это не было поражением, но Генрих хорошо знал, что это была мистическая победа, которая держала в подчинении французов, и он поспешил назад во Францию, оставив беременную жену в Виндзорском замке около Лондона.