История и культура гуннов

Что касается периода, рассматриваемого в настоящем исследовании, хонкам в «Истории страны Алуанк», я полагаю, не нужно никакого оправдания. Последний человек, приложивший к ней руку, писал самое раннее в конце XI – начале XII в.

3. Цифры у Олимпиодора

Томпсон отдавал должное Олимпиодору за страсть к статистике. На самом деле большинство цифр последнего сомнительны, а некоторые просто фантастические. Приведу примеры.

Атаульф мобилизовал 10 тысяч готов против 28 тысяч людей Сара (фр. 17).

Три сотни гуннов убили одиннадцать сотен готов, а сами потеряли только семнадцать человек (Зосима. V. 45, 6).

В 408 г. город Рим выплатил Алариху 5 тысяч фунтов золота, 30 тысяч фунтов серебра и доставил ему 4 тысячи предметов шелковой одежды, 3 тысячи окрашенных в пурпурный цвет шкур и 3 тысячи фунтов перца, то есть количество, которого хватило бы вестготам на 10 лет (Там же. 41, 4).

После предательского убийства их жен и детей летом 408 г. солдаты-варвары в Италии присоединились к Алариху. Их было больше 30 тысяч (любимая цифра у Олимпиодора). В возникшей после смерти Стилихона неразберихе 6 или 7 тысяч солдат смогли сделаться хозяевами Италии, но правительство в Равенне вовсе не обеспокоилось этим укреплением сил Алариха (Там же. 35, 6).

Сенатор Максимиан был выкуплен у вестготов за 30 тысяч солидов, что больше, чем Восточная Римская империя ежегодно выплачивала гуннам в 430-х гг. (Там же. 45, 4).

«После взятия Рима Альбин, городской префект, когда нормальный ход вещей был восстановлен, доложил [императору], что количество зерна, выданного людям, недостаточно, поскольку их число возрастает. Он сообщил, что в один день родилось четырнадцать тысяч детей» (фр. 25).

Можно подумать, что Фотий неправильно прочитал Олимпиодора, но у Зосимы такие же чудовищные цифры.

Все экономические истории Римской империи повторяют данные Олимпиодора о доходах богатых семей (фр. 44). Боюсь, ценность этих сведений весьма сомнительна.

4. Предполагаемая потеря Паннонии Примы в 395 г.

Утверждение, переходящее из книги в книгу, что в 395 г. германские племена, в первую очередь маркоманы, стали хозяевами Паннонии Примы, основывается на единственном письме, которое в 396 г. Иероним отправил своему другу Олимпиодору. Он написал: «Я только сейчас осознал, сколь хрупка и изменчива человеческая жизнь, и душа моя содрогается из-за упадка нашего века. Двадцать лет римская кровь каждый день проливается на огромном пространстве между Константинополем и Юлианскими Альпами. Скифия, Фракия, Македония, Фессалия, Дардания, Дакия, Эпир, Далмация и все провинции Паннонии были разрушены, разграблены и разорены готами и сарматами, квадами и аланами, гуннами, вандалами и маркоманами».

Этот перечень провинций и народов – чистейшая риторика. Тщеславный литератор не сумел подавить желание продемонстрировать свою эрудицию в письме. Но даже если верить каждой букве письма, оно не относится к 395 г. В течение 20 лет и даже больше, а не только в последние 12 месяцев, почтенные дамы, девственные «Божьи невесты» и леди знатного происхождения были «спортом этих зверей». Примечательно, что Иероним, если представлялся случай, подробно останавливался на насилии над монашками и благородными дамами.

В перечне провинций, захваченных варварами в 395 г., Клавдиан называет plaqa Pannoniae. Он имел в виду Паннонию Секунду. Вскоре после этого Стилихон оттеснил врага за Дунай; potor Savi обозначает точно освобожденный район.

Смерть Феодосия 17 января 395 г., вероятно, дала варварам сигнал к вторжению в пограничные провинции. Но несколько строк в панегирике Клавдиана на третье консульство Гонория отражают небольшие волнения в северных Балканских провинциях в последние месяцы 394 г.