История мира в 6 бокалах

Эти лекции служили как коммерческим, так и научным интересам. Моряки и торговцы поняли, что научные открытия имеют практическую ценность, способствуя совершенствованию судоходства и, следовательно, коммерческому успеху. Как заметил один английский математик в 1703 году, математика стала «бизнесом торговцев, моряков, плотников, геодезистов и т. п.». Предприниматели и ученые объединились, чтобы учреждать компании, использовать новые изобретения и открытия в области навигации, добычи ископаемых и производства, прокладывая путь для промышленной революции. Именно в кофейнях наука и торговля встречались друг с другом.

Кофейный дух инноваций распространился и на финансовую сферу, что привело к появлению новых бизнес-моделей. Разумеется, не все предприятия, рожденные в кофейнях, добились успеха. Компания Южных морей, обанкротившаяся в сентябре 1720 года, разорила тысячи инвесторов, владевших акциями этой финансовой пирамиды в таких кафе, как Garraway’s. Напротив, самым известным примером успешного бизнеса стала кофейня, открытая в Лондоне в конце 1680-х годов Эдвардом Ллойдом. Капитаны кораблей, судовладельцы и торговцы приходили сюда обменяться последними новостями. Ллойд начал собирать и обобщать эту информацию, дополненную отчетами иностранных корреспондентов, в регулярном информационном бюллетене – первоначально рукописном, а затем печатном. В итоге Lloyd’s стала самым известным среди судовладельцев местом заключения договоров страхования судов и грузов. В 1771 году группа из 79 страховщиков создала Общество Ллойда. По сей день лондонский Ллойд – ведущий игрок на мировом рынке страхования.

Многие кофейни функционировали как фондовые биржи. Первоначально акции наряду с другими товарами торговались на Королевской бирже, но по мере роста числа зарегистрированных на бирже компаний (с 15 до 150 в течение 1690-х годов) и увеличения торговой активности правительство приняло Акт об уменьшении количества брокеров и биржевых торговцев. В знак протеста против торговли акциями в рамках биржи маклеры перебрались в кофейни на близлежащих улицах, в частности, в Jonathan’s на Биржевой аллее. Реклама одного брокера 1695 года гласит: «Джон Кастайн в Jonathan’s на Биржевой аллее покупает и продает все ценные бумаги, льготные билеты, а также любые другие акции и облигации».

По мере расширения этого бизнеса стали очевидными недостатки неформального характера торговли в кофейнях. Брокеров, которые не выполняли свои обязательства по оплате, не допускали в Jonathan’s; и хотя не было никакого способа препятствовать их деятельности в другом месте, изгнание из Jonathan’s существенно вредило бизнесу. Имена «изгнанных» заносили на доску, чтобы они не могли вернуться спустя несколько месяцев. Тем не менее проблемы остались, поэтому в 1762 году группа из 150 брокеров заключила соглашение с владельцем Jonathan’s: в обмен на ежегодную подписку им предоставлялось право на использование помещений и изгнание недобросовестных коллег. Но эта схема была успешно оспорена в суде на том основании, что кофейня – это общественное место, в которое может войти каждый желающий. В 1773 году группа торговцев из Jonathan’s отпочковалась и ушла в новое здание. Название «Новый

Джонатан» просуществовало недолго. Как сообщает журнал «Джентльмены», «Новый Джонатан» пришел к решению, что его следует называть Фондовой биржей и это должно быть написано над дверью». Это учреждение стало предшественником Лондонской фондовой биржи.

Инновационные процессы в финансовой сфере – создание акционерных обществ, купля-продажа акций, развитие схем страхования и финансирования государственного долга – достигли кульминации в результате перемещения мирового финансового центра из Амстердама в Лондон. Сегодня этот период принято называть финансовой революцией. Дорогостоящие колониальные войны сделали ее необходимой, а интеллектуальная среда и спекулятивный дух кофейни – неизбежной. Финансовым эквивалентом «Принципов» было «Исследование о природе и причинах богатства народов» шотландского экономиста Адама Смита. Он сформулировал нарождающуюся доктрину капитализма, согласно которой лучший способ для правительств поощрять торговлю и процветание – предоставить людей самим себе. Смит написал большую часть своей книги в кофейне The British, популярном месте встречи шотландских интеллектуалов, которые стали первыми читателями и критиками его книги. Таким образом, лондонские кофейни играли роль тигля для научных и финансовых открытий, формировавших современный мир.

Шашка революции