История о колдовстве

– Вообще-то есть способ это узнать. – Госпожа Мара указала на две тыквы, которые появились на траве, – вырезанные на них лица в точности походили на физиономии мистера и миссис Эдгар. Ведьма подняла тыквы с земли и отдала их Пип.

– Это называется Счётчик Проклятий, – объяснила ведьма. – Он появляется после каждого наложенного проклятия. И если вам когда-нибудь станет интересно, действует ли ещё оно, – просто посмотрите на чёрную свечу внутри тыквы. Свеча горит, пока колдовство не потеряло силу. Чем выше свеча, тем дольше будет действовать проклятие.

– А что мне с ними… А-А-А-А!

Неожиданно Пип выронила тыквы и рухнула на четвереньки. В тот же миг она закричала нечеловеческим голосом от боли – ниже спины у неё появился большой бугор, который всё увеличивался и увеличивался, пока не прорвал мантию Пип сзади. Она глянула себе за плечо и пришла в ужас: у неё вырос пушистый чёрно-белый хвост!

– Из-за проклятия я превратилась в скунса! – воскликнула она.

– Не омрачай свой успех расстройством из-за небольшого побочного действия, милая, – сказала госпожа Мара. – Это было одно из самых прекрасных проклятий, что мне доводилось видеть. Ты должна гордиться собой. И я уверена: после сегодняшнего вечера Эдгары никогда не забудут имя Пип Скрип.

Госпожа Мара повернулась к Люси.

– Теперь твой черёд. Готова показать, на что способна, на последнем экзамене?

– Да, наверно, только такое сложно переплюнуть, – сказала Люси.

В отличие от Пип Люси не знала, к кому и куда их перенесёт Вместилище Гнева. Она уколола палец иголкой, и когда капля крови упала в чашу, из неё снова вырвался фонтан и окутал их воронкой. Высохшая равнина скрылась из виду, кровь вернулась в вазу, а ведьмы перенеслись в другое место.

Госпожа Мара, Люси и Пип оказались за кулисами в театре между стоящими в ряд картонными деревьями и живописным озером, нарисованным на заднем фоне. Впереди висел красный бархатный занавес, а за ним виднелись тени семи танцующих девушек. До ведьм доносился гомон зрительного зала и звуки классической музыки из оркестровой ямы.

Люси сразу же узнала театр.

– О нет! – ахнула она. – Мы в Стародевичьем театре в Восточном королевстве! Видимо, у них сейчас середина представления!

– У кого? – спросила Пип.

Люси тяжело сглотнула.

– У Сестриц-Красавиц!

Музыка смолкла, танцовщицы застыли в изящных позах, и грянул гром аплодисментов. Когда овации стихли, семь высоких и стройных балерин зашли за кулисы. Все семеро были очень красивы и одеты в элегантные белые пачки.

– Так, девочки, у нас две минуты, чтобы переодеться к началу третьего акта! – сказала самая высокая девица.

Балерины бросились к вешалкам с чёрными пачками, но, заметив Люси, резко остановились.

– Эй! Поклонникам нельзя проходить за кулисы до окончания спектакля! – сказала самая низкая девушка.

Люси неловко помахала балеринам.

– Привет, Джина, Лина, Мина, Нина, Тина, Вина и Зина. Давненько не виделись. Помните меня?

– Погодите… это та, о ком я думаю?

– О боже, точно она! Толстуха Люси!

– Она ещё жива?

– Мы сто лет тебя не видели!

– Мы так по тебе скучали, Толстуха Люси! Где ты была?

– Наверное, ела!

Сестрицы-Красавицы противно захихикали. Люси покраснела от их издёвок, нижняя губа у неё задрожала. Оказавшись рядом с этими девушками, Люси испытала те же чувства, что и в восемь лет. Впервые за всё время присущие ей остроумие и сарказм куда-то делись, и она не знала, как за себя постоять.

– Я сейчас выступаю реже, чем раньше, – сказала Люси. – Какое-то время я жила на Землях Фей, но недавно захотела перемен.

– Чего? Смены блюд?

– Так что же привело тебя сюда, Толстуха Люси?

– Ты возвращаешься к выступлениям?

– Увы, у нас нет свободных мест… которые будут тебе впору!

– Но ты всегда можешь сыграть роль пушечного ядра!

Глаза у Люси наполнились слезами, и она опустила голову, глядя в пол.

– Вообще-то я потеряла несколько килограмм с нашей последней встречи, – пролепетала она.

– Не волнуйся, ты их обязательно найдёшь! Под своим двойным подбородком искала?

Сестрицы-Красавицы хохотали как безумные и никак не унимались. Невидимая для балерин, госпожа Мара подошла к Люси и прошептала ей на ухо:

– Они всё те же хищницы, но ты больше не их жертва… Ты уже не та маленькая девочка, какой они тебя помнят. Ты выросла и изменилась, а они остались прежними. Ты добилась того, о чём они даже мечтать не смеют… и пришла пора это доказать.

В начале экзамена Люси терзали сомнения в правильности такого подхода, но сейчас она была согласна с госпожой Марой: некоторые люди заслуживают проклятия.

Оркестр заиграл увертюру к третьему акту, и по мере того, как музыка набирала темп, Люси тоже входила в раж. Закусив от натуги губу, она зарычала на оторопевших балерин. Кулисы внезапно разошлись в стороны, картонные деревья вспыхнули пламенем, а задник стал плавиться. Сестрицы перестали смеяться и в ужасе огляделись. Зрители решили, что это часть представления, и с нетерпением ждали продолжения.