История петербургских особняков. Дома и люди

Лишь через шесть лет участок купил действительный статский советник Василий Романович Марченко (1782–1841) – восходящая звезда на бюрократическом небосклоне, в то время правитель дел Комитета министров, а впоследствии государственный секретарь, злейший враг Аракчеева. Своим неслыханным упорством и трудолюбием этот, по отзыву Н. И. Греча, «почтенный и достойный» человек выбился из канцелярских служителей в государственные деятели; он оставил интересные записки о своей службе.

В 1833–1834 годах Марченко возвел трехэтажную каменную пристройку со стороны сада, который он тогда же привел в порядок, поставил перед домом чугунную решетку и устроил палисадник. Установка решетки и устройство палисадника (с соответствующим переносом красной линии[20]) связаны были с проводимым в ту пору урегулированием Бассейной улицы.

После смерти В. Р. Марченко домом несколько лет владела его вдова, а в начале 1850-х годов он перешел к коммерции советнику Василию Александровичу Кокореву.

Интересна судьба этого самородка. Родился он в 1817 году в семье солигаличского мещанина, служившего сидельцем в кабаке, или, как тогда говорили, «целовальником». С детских лет Вася начал помогать отцу и приобрел большую опытность и необходимые навыки к винному делу. В сороковых годах он приезжает в столицу и поступает простым продавцом в винную лавку, но благодаря исключительному уму и энергии вскоре становится откупщиком и наживает громадное состояние. Имя Кокорева делается известным всей России: он основывает банки и страховые общества, первым начинает добывать нефть на Кавказе, строит Уральскую горнозаводскую дорогу.

В 1860-х годах Кокорев – уже крупный промышленник и обладатель многомиллионного капитала, но, кроме того, он еще и либеральный деятель, отстаивавший свои взгляды в речах и статьях, за что даже угодил в черный список «подозрительных лиц» московского генерал-губернатора А. А. Закревского, приписавшего против его фамилии: «Западник, демократ и возмутитель, желающий беспорядков». В письме же к графу А. Ф. Орлову он развил свою мысль относительно Кокорева: «Давно бы пора унять этого вредного честолюбца, который, при стечении счастливых обстоятельств, выскочив из целовальников и приобретя своим кабацким богатством значение в обществе, особливо в народе, и связи между литераторами, не в первый раз уже смеет печатать свои уроки правительству».

Писалось это в январе 1859 года, в эпоху подготовки к крестьянской реформе, и касалось печатных выступлений В. А. Кокорева по данному вопросу.

В 1869 году Кокорев продал участок на Бассейной, значительно расширенный покупкой двух смежных, по Эртелеву переулку, другому промышленнику – Петру Федоровичу Семянникову (1821–1874), совладельцу Невского литейного и механического завода. Выпускник Корпуса горных инженеров, Семянников долгое время управлял казенными золотыми приисками на Алтае, где его приятель и однокашник В. А. Полетика исполнял должность приискового пристава.

Надо полагать, оба друга охулки на руку не клали и вернулись в Петербург богатыми людьми. В 1857 году они купили у англичанина Томсона чугунолитейный заводик за Невской заставой и развернули его в большое производство. Широко пользуясь своими связями и деньгами, Семянников и Полетика сумели получить крупные заказы на изготовление паровых военных судов, а затем и паровозов. Впрочем, движущей силой и мозгом всего дела считался Полетика, предоставивший своему напарнику пассивную роль денежного мешка.

Приумножив и без того немалые капиталы, Петр Федорович решил перестроить со всей возможной роскошью приобретенный им особняк на Бассейной, где он предполагал поселиться с женой и дочерью. Для этой цели пригласили модного архитектора, академика В. Е. Стуккея, незадолго до того перестроившего для другого столичного крёза – фабриканта Э. П. Казалета – дом на Английской набережной, 6.

При сравнении двух проектов заметно их несомненное сходство: оба решены в стиле так называемого «третьего барокко», особенно любимого нуворишами, с обильными лепными украшениями, картушами с претенциозными гербами и т. д. В результате перестройки скромный доселе одноэтажный дом с двумя мезонинами в три и пять окон превратился в «палаццо» новоиспеченного генерал-майора. Одновременно Семянников расширил границы своих владений, прикупив смежный угловой участок по Бассейной и Надеждинской, сделавшись таким образом хозяином целого квартала.

Петр Федорович недолго прожил в своем пышно отделанном особняке: чрезмерная склонность к кутежам и попойкам привели его к преждевременной смерти на пятьдесят третьем году. Спустя несколько лет его вдова Зинаида Николаевна вышла замуж за чиновника Полежаева; скончалась она в преклонном возрасте, незадолго до революции.