История России. Факторный анализ. Том 2. От окончания Смуты до Февральской революции

Однако технические открытия делались не только в военной области, одним из важных достижений эпохи было создание совершенного океанского парусного корабля, флейта. Это голландское изобретение породило особый культурный круг, главными элементами которого, помимо флейта, были морская торговля и торгово-промышленное предпринимательство, а в политической сфере – правление купеческой олигархии. Однако более или менее полная трансформация по голландскому образцу произошла только в Англии; в других странах голландские элементы не были преобладающими: хотя Франция во времена Кольбера создала торговый флот и торговые компании, она осталась военной монархией. В условиях постоянных войн на континенте могли существовать лишь военные монархии; купеческая Голландия вскоре потерпела поражение в этих войнах и была жестоко разорена войсками монархий. Значительная часть голландских купцов эмигрировала в Англию, которая стала новым центром голландского (теперь англо-голландского) культурного круга. Английские корабелы создали многопалубные линейные корабли, и эта техническая инновация окончательно утвердила британское господство на морях.

Поскольку морская торговля дала английскому купечеству огромную финансовую силу, то оно вступило в борьбу с королем и вынудило его и землевладельческую аристократию поделиться властью. «Билль о правах» 1689 года закрепил всю законодательную власть за парламентом, однако избирателями могли быть только богатые собственники, и реально властью владела олигархия купцов и землевладельцев.

Богатства Англии и «свободы» английской аристократии вызывали зависть у дворянства и буржуазии континентальных стран. Диффузионное влияние англо-голландского культурного круга стимулировало попытки введения олигархических конституций в разных странах, в частности, в Швеции. Английское влияние сказывалось и в России: в олигархической попытке 1730 года, в конституционных проектах Н. И. Панина в начале царствования Екатерины и в попытках ограничить самодержавие после убийства Павла I.

Однако философы и политики тех времен хорошо понимали, что олигархическому правлению свойственна внутренняя слабость, происходящая от постоянной борьбы между различными аристократическими группировками – ярким примером такой борьбы было польское «безнарядье». С другой стороны, олигархия не могла опереться на поддержку народа и вручить ему оружие – поэтому армии в таких странах были наемными и, следовательно, малочисленными; они не могли сопротивляться огромным армиям военных монархий. Как известно, Россия поддерживала олигархическое устройство Швеции и Польши именно с целью не допустить усиления этих стран; эта логика присутствовала и в решении сохранить конституцию во Франции. Англия с ее парламентом и слабой наемной армией могла существовать только в условиях островной изолированности. Поэтому, хотя олигархические режимы были привлекательны для аристократии, они не получили распространения в Европе XVIII века; Польша была в конце концов поделена между тремя военными монархиями, а Швеция была вынуждена ввести абсолютистское правление.[1053]

Таким образом, английское влияние в XVIII веке было обусловлено не военными, а финансовыми и торговыми преимуществами; оно распространялось не войнами, а деньгами и примером – то есть постепенным, диффузионным путем. Правда, Англия сумела завоевать значительную часть Индии, но этот успех был следствием общего военного превосходства, которого добились к тому времени европейские народы, и результатом того, что, господствуя на морях, Англия могла реализовать это превосходство в отдаленных регионах. Необходимо отметить также, что английские войска в Индии состояли из наемников-сипаев, и победа была обеспечена английскими деньгами в той же степени, что и английскими мушкетами. Этот невоенный механизм распространения английского культурного круга необходимо иметь в виду при рассмотрении последствий промышленной революции.