Читаем История России IX – XVIII вв. полностью

Главной задачей «Всякой всячины» была борьба с недовольными политикой правительства. Журнал всячески порицал нежелательные для Екатерины высказывания, стремился увести критику от конкретных явлений жизни русского общества, подменить ее нравоучительными наставлениями, притупить остроту социально-политических противоречий. В нем избегали политических и социальных вопросов, но не тогда, когда они касались правительственной политики. «Всякая всячина» защищала существующую власть и рекомендовала людям быть покорными ей.

Среди сформулированных Екатериной шести правил, которых следовало придерживаться, критикуя власть, любопытны пятое и шестое правила. Они гласили: «Чтобы впредь о том никому не рассуждать, чего кто не смыслит, и чтоб никому не думать, что он один весь свет может исправить». Оба эти правила исходили из положений указа 1763 г. «О воспрещении непристойных рассуждений и толков по делам до Правительства относящимся», названного Г. В. Плехановым «манифестом о молчании». Таким образом, императрица как в законодательной, так и в журнальной деятельности преследовала одну цель – добиться угодного ей единомыслия общества, покорности и «образцового послушания» подданных.

С Екатериной II вступил в беспощадную полемику выдающийся русский просветитель Н. И. Новиков. Он в своих сатирических журналах «Трутень» (1769–1770) и «Живописец» (1772–1773) резко критиковал крепостные порядки в стране, показал бедственное положение крестьян, алчность помещиков, аморальность крепостного права. Новиков утверждал, что наличие пороков в обществе связано не только с человеческими слабостями, но и с крепостным строем. Он, постоянно отстаивая равенство людей, утверждал, что они склонны к добродетели, нравственной чистоте и ценность человека определяется вовсе не его сословной принадлежностью. Изображая Безрассудов и Недоумов, Змеянов, Вертяевых, «ябедников, обидчиков, грабителей», он показывает, что сословное деление общества, крепостное право морально калечит людей, и принимает сторону угнетенных и обездоленных. Новиков становится на их защиту, считая, что им в большей степени, чем развращенным и спесивым дворянам, свойственны честь, достоинство, истинная человеческая добродетель.

В этой полемике Екатерина II потерпела полное моральное поражение и прекратила выпуск «Всякой всячины», а накануне крестьянской войны под предводительством Е. И. Пугачева цензурными и иными репрессиями был положен конец изданию новиковских журналов.

Екатерине II не удалось перестроить всю систему центральных и административных учреждений. Последовательнее всего была проведена реформа местного управления, потому что оно в меньшей степени затрагивало основы монархической власти и упрочивало систему подчинения масс.

В 1775 г. было принято «Учреждение для управления губерний Всероссийской империи». Страна делилась на 50 губерний. Провинции упразднялись, а губернии делились на 10–12 уездов. Во главе губернии стоял губернатор, назначаемый императором и ему только подчинявшийся. Губернатору, несмотря на то что губернские учреждения были основаны на принципе разделения административных, финансовых и судебных функций, принадлежала вся полнота власти. Столицы и несколько крупных губерний подчинялись генерал-губернаторам.

При губернаторе было создано губернское правление, ему подчинялся губернский прокурор. Казенная палата занималась вопросами финансов. Возглавлял ее вице-губернатор. Вопросами землеустройства занимался губернский землемер. Приказ общественного призрения ведал школами, больницами, богадельнями.

Судебные органы были отделены от исполнительной власти. При создании судов имели место элементы выборности. Каждое сословие получало свой суд. Дворян судили в губерниях в Верхнем земском суде, в уездах – в уездном суде. Для государственных крестьян были созданы в губернии Верхняя расправа, а в уезде Нижняя расправа. Горожане подлежали суду в губернском магистрате и в городских магистратах уезда. Крепостных крестьян судил сам помещик. Высшими судебными инстанциями в губерниях были палаты уголовного и гражданского суда, члены которых назначались государством. В стране высшим судебным органом стал Сенат. В России был создан совестный суд, который был бессословным. Он разбирал ссоры и примирял спорящих. Губернатор имел право вмешательства в судебные дела.

В уездах управление было отдано дворянам, которые на три года избирали капитан-исправника (главу уезда) и нижний земский суд, функции которых соответствовали функциям губернатора и губернского правления. В уезды назначались уездный казначей и уездный землемер.

Город представлял собой отдельную административную единицу. Управлял им городничий, назначавшийся правительством, как правило, из отставных офицеров-дворян. Город делился на части в 200–700 домов во главе с частным приставом и на кварталы по 50–100 домов во главе с квартальным надзирателем. Они подчинялись управе благочиния и обязаны были следить за порядком в городе. Эти должности были созданы по введенному в 1782 г. полицейскому уставу благочиния.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Выбор
Выбор

Остросюжетный исторический роман Виктора Суворова «Выбор» завершает трилогию о борьбе за власть, интригах и заговорах внутри руководства СССР и о подготовке Сталиным новой мировой войны в 1936–1940 годах, началом которой стали повесть «Змееед» и роман «Контроль». Мы становимся свидетелями кульминационных событий в жизни главных героев трилогии — Анастасии Стрелецкой (Жар-птицы) и Александра Холованова (Дракона). Судьба проводит каждого из них через суровые испытания и ставит перед нелегким выбором, от которого зависит не только их жизнь, но и будущее страны и мира. Автор тщательно воссоздает события и атмосферу 1939-го года, когда Сталин, захватив власть в стране и полностью подчинив себе партийный и хозяйственный аппарат, армию и спецслужбы, рвется к мировому господству и приступает к подготовке Мировой революции и новой мировой войны, чтобы под прикрытием коммунистической идеологии завоевать Европу.Прототипами главных героев романа стали реальные исторические лица, работавшие рука об руку со Сталиным, поддерживавшие его в борьбе за власть, организовывавшие и проводившие тайные операции в Европе накануне Второй мировой войны.В специальном приложении собраны уникальные архивные снимки 1930-х годов, рассказывающие о действующих лицах повести и прототипах ее главных героев.

Виктор Суворов

История