История русского народа и российского государства. С древнейших времен до начала ХХ века. Том I

Древнерусское государство возникло на дальней периферии культурного и политического влияния Византийской империи (Восточной Римской империи) – в те века наиболее культурно развитой части Европы, наследницы античного мира, оплота восточного христианства (православия). Если красота и великолепие соборов Константинополя потрясали воображение диких славян и норманнов-варягов, если богатства Византии привлекали их, как желанная добыча, то цивилизованным византийцам северные соседи представлялись как первобытные варвары, которых желательно как-нибудь приручить – верой, договором или деньгам. Для варваров-славян (да и варягов) Византия стала тем же, чем для варваров-германцев стал Рим, а для монголов – Китай: источником культурных импульсов и образцом для подражания.

Контакты Руси и Византийской империи были многообразны и многочисленны. Регулярные торговые связи сочетались с грабительскими набегами русских норманнов на Константинополь. Князь Хельги (Олег) в 907 и 911 годах, князь Ингвар (Игорь) в 943–944 годах, князь Святослав в 971 году, князь Ярослав Мудрый (Ярислейв) в 1043 году нападали на империю, стремясь пограбить её земли, получить выкуп, поставить под свой контроль торговые пути, обеспечить выгодные условия для торговли Киева с Византией. Договоры между «Русью» и «греками», дошедшие до нас благодаря летописи, сочетают в себе как упоминания о выплате контрибуции, так и пункты, оговаривающие право пришельцев с берегов Днепра находиться в Царьграде и условия их пребывания. По ним русские купцы могли входить в Константинополь не более чем по 50 человек, без оружия (они жили в предместье великого города), были обязаны зимой покидать город, но зато имели даровое питание и бесплатную баню за счет имперских властей. Ввозя в Византию воск, мёд, меха и невольников, купцы из киевских земель везли обратно дорогие вина, ткани, оружие.

Не раз русские князья-викинги за деньги предоставляли императорам военную помощь. Так в 910 году войско киевских князей по договоренности с Константинополем напало на персидские земли в Закавказье, а другое войско участвовало в десанте на Крит в составе византийской армии. В 985 году, когда византийское войско высадилось в Италии, оно включало в себя и русскую дружину (из викингов и славян). В 964 году русские, как наёмники греков, сражались в Сицилии против сарацин.

Вся двойственность отношений Руси и Византии ярко проявилась при князе Владимире I, который, с одной стороны, разграбил византийскую крепость в Крыму – Херсонес (Корсунь) и, наряду с другими богатствами, заодно вывез оттуда и мощи почитаемого святого (Климента), а, с другой стороны, крестил Русь по греческому варианту христианства, женился на византийской принцессе и помог византийскому императору подавить военный мятеж Варды Фоки, направленный против его власти. Таким образом, киевские князья выступали одновременно и в роли учеников (в делах веры и культуры), и в роли младших партнеров и союзников византийских правителей и, одновременно, в роли своенравных и строптивых грабителей, разорявших земли империи.

Позднее в имперской армии постоянно существовал «русский корпус». Многие славяне и варяги в массовом порядке отправлялись в Византию (признанный центр этой части света) как купцы, наёмники и ремесленники, и эта практика была настолько масштабной, что оговаривалась специальными византийско-русскими соглашениями. По остроумному замечанию Б. Кагарлицкого: «одновременно в Константинополе находилось около тысячи русских, которые не были эмигрантами, они были торговцами, религиозными деятелями…, а также, как сейчас принято говорить, гастарбайтерами – ремесленниками и наемными солдатами, планировавшими, накопив денег и знаний, вернуться на родину. Можно даже сказать, что на первых порах они были «лимитчиками», ибо их численность в Царьграде греческой администрацией ограничивалась».