История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла

После смерти этого монарха, в разгар гражданской войны и иноземного нашествия, граф Уильям собрал преданных короне епископов и баронов в Глостере и благодаря своему красноречию, талантам и ловкости сохранил трон для сына короля Иоанна, молодого принца Генриха [549] . Большая часть Англии в это время находилась во власти принца Людовика, французского дофина, который высадился с французской армией в Сандвиче, после чего мятежные бароны поддержали его притязания на трон. Граф Пемброк был избран лордом-протектором при молодом короле и приложил множество стараний к тому, чтобы изгнать французов и вернуть англичан под руку их собственной старинной династии [550] . Он обещал от имени короля простить мятежным баронам их прошлые прегрешения. Он утвердил от имени своего юного повелителя Великую хартию вольностей и Лесную ассизу; и поскольку большую королевскую печать король Иоанн потерял вместе со всеми сокровищами в болотах Линкольншира, соответствующие документы были скреплены печатью графа-маршала [551] . Также он распространил положения Великой хартии вольностей на Ирландию и приказал всем шерифам зачитывать ее вслух в судах графств и заставлять соблюдать ее во всех тонкостях. Сумев таким образом удовлетворить справедливые претензии недовольных, он собрал большую армию и, оставив молодого короля в Бристоле, начал осаду замка Маунтсорел в Лестершире, находившегося под властью французов.

В то же время принц Людовик направил войско в двадцать тысяч человек под командованием шестисот рыцарей из Лондона против северных графств. Эти наемники захватили несколько укрепленных замков, разграбили города, деревни и монастыри и опустошили беззащитную страну. Лорд-протектор сконцентрировал все свои силы в Ньюарке, и в Духов День 1217 г. выступил вместе со своим старшим сыном и молодым королем на осаду замка Линкольн. По прибытии в Стоу он задержался; оставил там молодого короля и королевскую семью под надежной охраной и проследовал с остальным войском в Линкольн. В субботу на той же неделе в 1217 г. он одержал полную победу над английскими бунтовщиками и их французскими союзниками и положил конец всем надеждам и планам дофина. Четыре графа, одиннадцать баронов и четыреста рыцарей были взяты в плен, помимо бесчисленного множества простых солдат. Граф Перч, француз, пал, хотя мужественно защищался, на церковном дворе, после того как под ним убили коня. Восставшие потеряли свой обоз, провизию, сокровища и добычу, полученную от грабежа северных провинций, среди которой было много ценных золотых и серебряных сосудов, взятых в церквях и монастырях.

Когда исход битвы стал ясен, лорд-протектор вернулся к молодому королю в Стоу и первым сообщил ему радостную весть о победе [552] . Затем он двинулся на Лондон, где укрепились принц Людовик и его приспешники и, оставив гарнизон в окрестностях города, двинулся на завоевание всех восточных графств. Получив известие о том, что французский флот собирается в Кале для высадки на английском берегу, он снарядил корабли в портовых городах Кента и Сассекса и, преградив путь французским судам, одержал блестящую победу в морском бою с превосходящими силами противника [553] . Благодаря своему мужеству и военному таланту Уильям Маршалл вскоре вынудил французского принца просить о мире [554] . 11 сентября Людовик встретился с лордом-протектором в Стайни возле Лондона, и между ними было заключено соглашение, по которому принц и французские войска обязались немедленно покинуть страну.

Избавив таким образом Англию от угрозы иноземного ига, восстановив спокойствие в стране и дав королю Генриху возможность мирно править в качестве единственного и бесспорного властителя, Уильям Маршалл умер в 1219 г. в Кавершеме, оставив по себе, как пишет Матфей Парижский, такую память, что немногие могли в этом сравниться с ним. Его мертвое тело вначале привезли в аббатство в Рединге, где монахи встретили его торжественной процессией. Оно было помещено на хоры церкви, где отслужили торжественную мессу. На следующий день усопшего перевезли в Вестминстерское аббатство, где вновь отслужили мессу; а оттуда тело доставили в церковь Темпла, где умершего с почестями похоронили в день Вознесения 1219 г. [555] Матфей Парижский сообщает нам, что на смерть этого выдающегося деятеля была составлена следующая эпитафия:

«Sum quem Saturnum sibi sensit Hibernia, solem Anglia, Mercurium Normannia, Gallia Martem» («Я тот, кого Гиберния (Ирландия) считала Сатурном, Англия – Cолнцем, Нормандия – Меркурием, Галлия – Марсом»).

Ибо был он, поясняет хронист, всегда усмирителем непокорных ирландцев, честью и славой англичан, негоциантом в Нормандии, где он вел множество дел, и воинственным и несгибаемым солдатом во Франции.

Надпись на его могиле во времена Камдена уже почти невозможно было прочесть (как говорилось выше) и единственная строка, которую удавалось разобрать, такова:

«Miles eram Martis Mars multos vicerat armis» («Был я воином Марса, Марс выиграл многие битвы»).