История рыцарского вооружения

Демонстрируют эффигии и такой элемент рыцарского вооружения, как эспаулеры. Чаще всего в качестве иллюстрации их применения приводится фигура Вильяма де Сетванса (Чатем, Кент, ок. 1322 года)^{133}. Однако на ней не видно, что же все-таки изображено на эспаулерах. В этом плане куда интереснее эффигия Ламберта де Эби (ок. 1312 года); здесь на эспаулерах хорошо заметен герб рыцаря, повторенный также и на щите.

Ходить в доспехах долгое время считалось неприличным, и это тоже нашло отражение во многих эффигиях; причем очень часто на доспехи не накинута котта-безрукавка, а надета самая настоящая одежда, из-под которой самих доспехов практически не видно. Пример — эффигия Йоханна Каммерера, умершего в 1415 году.

Именно эффигии позволяют нам понять, что рыцари имели в обычае носить на голове не один шлем, а сразу два, которые надевались один на другой. Бацинет имел соответствующий вырез для лица, а надевавшийся на него «большой шлем» с прорезями для глаз и вентиляционными отверстиями закрывал лицо целиком; поразить защищенного таким образом рыцаря ударом в голову было совсем нелегко! Впрочем, бывало и так, что рыцари носили бацинет постоянно, а перед схваткой снимали и водружали на голову «большой шлем» с гербовой фигурой самого диковинного вида, поскольку нашлемные фигуры отвечали самым невероятным причудам и вкусам.

На иных шлемах, как, например, на шлеме немецкого герцога Альбрехта II (умер в 1350 году), красовались разноцветные рога впечатляющих размеров, дополнявшиеся короной! Крепились они не к самому шлему, а на что-то вроде покрышки, надевавшейся на него сверху. При этом они были сделаны из чего-то совсем легкого, вроде папье-маше или тонкой выделанной кожи, но имели прочный каркас и при скачке не отваливались.

Кстати, короны вошли в моду с распространением после 1300 года бацинетов особой формы — с заостренной верхушкой. Короны указывали на ранг рыцаря, дополняя геральдические изображения на сюрко, щите и конской попоне. До нашего времени таких корон дошло немного; одна из них, случайно найденная в польском Сандомире, ныне хранится в соборе Св. Станислава в Кракове. Каждый из четырех зубцов этой короны декорирован 65 полудрагоценными камнями. Впрочем, сандомирская корона не идет ни в какое сравнение в этом смысле с бацинетной короной короля Кастилии, сделанной из золота и украшенной драгоценными камнями. По сообщению хроники 1385 года, она имела стоимость, равную 20000 франков^{134}, а это по тем временам невероятно большие деньги.

Конец «переходного периода»

Эффигии свидетельствуют, что «переходный период» от кольчуги к броне завершился к 1400 году; именно в это время появились первые цельнокованые доспехи с кирасой из двух половинок и «юбкой-колоколом» из металлических полос. Правда, от более поздних классических «белых доспехов» эти латы отличались наличием устаревшего кольчужного капюшона с оплечьем, закрывающим рыцарю плечи, немного грудь и часть спины. Что находилось под оплечьем, не известно, однако причины, по которым от него впоследствии отказались, понятны. Кольчужные кольца представляли настоящую «ловушку» для наконечника копья, а нужно было сделать так, чтобы он проскальзывал по доспехам.

Интересно, что забрала на бацинетах появились даже раньше, чем сами цельнокованые доспехи, а стоячие металлические воротники-подбородники, защищавшие шею от удара копья, рыцари стали носить в середине XIV века. По мемориальной доске, посвященной сэру Хью Гастингсу, в церкви Св. Марии в Элсинге (Норфолк)^{135}, мы можем судить, что такой подбородник-бувигер и бацинет с забралом на двух боковых петлях, откидывающимся вверх, этот рыцарь носил в 1367 году. При этом бувигер закреплялся у него поверх оплечья из кольчуги!

Д.Эдж и Д. Паддок сообщают, что дон Альваро де Кабрера-младший, похороненный в каталонской церкви Сайта-Мария де Беллпуиг де Лас Авелланас в Лериде, умер в 1299 году. Следовательно, этим годом (или близким к нему) датируются его эффигия с поножами из металла, доходящими до самых лодыжек, цельнокованым воротником, латными перчатками с раструбами до локтей и местным вариантом сюрко с подбоем из пластин, выдающих себя фигурными головками в виде небольших розеток^{136}. Похожий воротник имеет и более поздняя фигура Бернардо де Майнориса (ок. 1330 года) из другой каталонской церкви, Санта Мария де ла Сео^{137}. Это вполне может свидетельствовать о достаточно широком распространении таких доспехов — именно в Испании и именно в это время. Другим значительным нововведением «переходного периода» стал выступающий вперед конус на забрале бацинета, с проделанными на нем отверстиями для притока воздуха. Дышать в таком шлеме стало значительно легче, вот только из-за своего вида этот тип шлема получил характерное прозвище «бундхугель» — «собачий шлем».