История Сирии. Древнейшее государство в сердце Ближнего Востока

Сироязычные христиане более чем какой-либо иной народ повлияли на общее пробуждение и интеллектуальное возрождение, которое составляло и составляет поныне главную славу классического ислама, а средоточием его стал Багдад при Аббасидах. Между 750 и 850 годами арабский мир был местом действия одного из самых ярких и важных течений в истории мысли. Благодаря ему на арабском языке появилось множество переводов с персидского, греческого и сирийского. Арабские мусульмане не принесли с собой ни искусства, ни науки, ни философии, ни литературы; но что они действительно принесли с собой из пустыни, так это острое интеллектуальное любопытство, ненасытную жажду учения и целый ряд скрытых талантов. В Плодородном полумесяце они унаследовали эллинистическую науку и знания – драгоценнейшее сокровище мысли. Через несколько десятилетий после основания Багдада (762) читающая по-арабски публика получила в свое распоряжение основные философские произведения Аристотеля и неоплатоников-комментаторов, главные медицинские трактаты Гиппократа и Галена, важнейшие математические труды Евклида и географический шедевр Птолемея. Во всем этом сирийцы служили посредниками. Арабы не знали греческого языка, зато сирийцы были тесно связаны с ним более тысячелетия. За два века до появления ислама сирийские ученые переводили греческие сочинения на сирийский. Задолго до того, как Умар II перенес философскую школу из Александрии в Антиохию, переводы широкой волной захлестнули монастыри Сирийской церкви. Народ, открывший для персов сокровищницу греческой науки и философии, теперь сделал то же и для арабов. Тот же народ, который до возникновения ислама способствовал развитию основных элементов греческой культуры, распространению их на восток, в школы Эдессы (Ар-Руха), Нисибиса (Насибин), Харрана и Гондишапура, теперь активно занялся насаждением этих элементов в мире арабской литературы. Как во времена Римской империи они действовали как агенты материальной цивилизации, передавая произведения Востока на Запад, так и теперь они стали агентами западной культуры в восточном обществе.

Среди них духовенство в первую очередь осознало важность аристотелевской логики и неоплатонической философии в богословской полемике – в то время неотъемлемой части интеллектуальной сферы. Даже Евангелия, арамейский оригинал которых был утерян, приходилось переводить с греческого. Сама Септуагинта была переведена на сирийский. Эдесса, чья школа открылась в 373 году, была главным центром интеллектуальной деятельности в Сирии. Один из ее преподавателей первым перевел «Исагогу» («Введение») Порфирия, общепризнанное руководство по логике, которое обычно помещают в качестве введения к аристотелевскому «Органону». Этот труд Аристотеля позже перевел другой сириец, по имени Георгий, который в 686 году стал епископом арабских племен. В его епархию входили бану танух, таглиб и другие племена сиро-месопотамской пустыни. Еще один сириец, который жил и работал накануне мусульманского завоевания, составил комментарий к «Герменевтике» Аристотеля. Сирийские комментарии послужили образцом для арабских. Когда в 439 году император Зенон закрыл Эдесскую школу, изгнанные учителя переселились за восточную границу в Харран, который находился тогда под властью Персии, и открыли там, впервые или повторно, христианскую академию. Другие жертвы византийской политики, стремившейся к строгому религиозному единству во всей империи, нашли приют в Персии.

Помимо философии и богословия, внимание Сирии привлекали медицина и астрономия. В астрологическом плане астрономия была связана с медициной. В 555 году Хосров Ануширван основал в Гондишапуре академию медицины и философии, среди ее выдающихся преподавателей было немало христиан, которые обращались к студентам на сирийском языке. Одним из них был Джур-джус (Георгий) ибн Бахтишу («Иисус избавил»), декан академии, к которому аль-Мансур в 765 году обратился за медицинской помощью. Халиф предложил ему принять ислам, но Джурджус ответил, что предпочитает общество своих предков, будь то в раю или в аду. Джурджус стал основателем рода врачей, который на протяжении шести или семи поколений практически монополизировал всю придворную практику. Его сын Бахтишу (умер в 801 г.) был главным врачом багдадской больницы при Харуне ар-Рашиде.