История Советского Союза. 1917-1991

Как было сказано в предыдущей главе, не собираясь радикально менять колхозную структуру сельского хозяйства, Хрущёв в известной мере улучшил материальную базу деревни и сделал сельское хозяйство одним из приоритетов политики партии. Преемники Хрущёва критиковали его за непоследовательность и положили конец кукурузной и животноводческой кампаниям, но не оставили попыток добиться тех же целей, используя при этом более спокойные и последовательные методы.

На мартовском 1965 г. пленуме ЦК Брежнев объявил, что отныне колхозы и совхозы должны будут составлять планы заготовок на несколько лет вперёд. Закупочные цены были повышены, так что производство и бюджет стало можно планировать на более стабильной основе. К тому же Брежнев обещал более весомые премии за перевыполнение плана. Ограничения приусадебного земледелия, возобновлённые в последние годы Хрущёвым, были снова сняты, налоги на них уменьшены, а председателям колхозов приказано разрешить использование пастбищ и сенокосов для частного животноводства. Брежнев также обещал постоянно увеличивать капиталовложения в сельское хозяйство. Эти средства должны были расходоваться на удобрения, улучшение земель, на строительство дорог, школ и жилых домов, а равно и другие положительные изменения условий сельской жизни.

В общем, правительство действительно твёрдо выполняло свои обещания. Около двух десятилетий капиталовложения в сельское хозяйство составляли 20–25% всех инвестиций (сравните с 4% в США). Это свидетельствовало об исполнении обещаний, но также и о чрезвычайно неэффективном использовании ресурсов. Плата за продукцию сельского хозяйства была существенно повышена. Однако это, особенно в городах, не привело к повышению цен на продовольствие, причиной чего был страх спровоцировать выступления, подобные новочеркасскому. Для того чтобы покрыть разницу, государство, начиная с 1977 г., выплачивало ежегодные субсидии, всего 19.000 млн. рублей, или более 70 рублей на каждого жителя страны. Алек Ноув назвал это «самыми грандиозными субсидиями сельскому хозяйству в человеческой истории». Эти гигантские расходы делались сверх трат на постоянные закупки зерна за рубежом.

Все эти меры в значительной степени уменьшили сельскую нищету. В 1966 г. колхозники, подобно рабочим совхозов, стали получать регулярную заработную плату, так как трудодень теперь пересчитывался в цифрах, как часть общего дохода колхоза. Постепенно, к середине 1970-х гг., средняя заработная плата в деревне была лишь на 10% ниже средней городской заработной платы. К тому же деревенский житель мог возделывать приусадебный участок, что было существенным подспорьем.

Но всё же численность сельского населения продолжала быстро падать. Материальные стимулы были недостаточными, и люди по мере возможности старались перебраться из деревни в город. В некотором отношении это могло бы способствовать разрешению Россией проблемы старения населения, т.е. избытка нетрудоспособного населения в сельской местности. Но, к несчастью, отток людей из деревни не принял ту форму, которая была бы адекватна этой проблеме. Благодаря особенностям паспортной системы из деревни уходили как раз молодые и квалифицированные люди, а престарелые и неквалифицированные оставались на месте. По свидетельству журналиста Александра Янова, который много ездил по деревням в 1960-х гг., многие родители страстно желали, чтобы их дети уехали в города в возрасте пятнадцати-шестнадцати лет (как раз перед тем, как они должны получать паспорта). Целью отъезда было обучение в том или ином профессионально-техническом училище. «Только бы у наших детей было всё хоть немного иначе», — думали родители, отправлявшие своих детей в город. Разумеется, окончив учёбу, молодые люди уже не возвращались в деревню.

В шестидесятые годы вновь начались дискуссии вокруг системы звеньев, вызванные необходимостью больше заинтересовать колхозников в результатах их труда. Стандартная бригадная система труда была такова: коллектив численностью от двадцати до ста человек, совместно выполняющий производственные задания. Оплата труда находилась в зависимости именно от этих заданий, а не от конечного произведённого продукта. Таким образом, колхознику, например, было выгодно прополоть поле небрежно, но быстро, поскольку это лучше оплачивалось. При звеньевой же системе труда небольшая группа работников отвечала бы полностью за весь трудовой цикл, а их плата находилась бы в зависимости от количества произведённого ими продукта, который они в конечном счёте сдавали государству или предлагали на рынке.