История Советского Союза. 1917-1991

При этом неизбежно между крестьянами и Временным правительством возникло недоверие. Оно углублялось благодаря правительственной политике поставок. Вследствие возникших проблем со снабжением города хлебом царское правительство в последние месяцы своего существования ввело монополию на закупку зерна по фиксированным ценам. Временное правительство не видело иного выхода, кроме продолжения этой же политики, хотя запоздалый пересмотр цен в период высокой инфляции не мог не вызвать негодования крестьян. В конце концов это привело к тому, что крестьяне начали отказываться отдавать произведенный ими продукт в счет поставок. И здесь отсталость сельской экономики сыграла крестьянам на руку. Им, конечно же, было удобнее покупать спички, парафин, соль, скобяные изделия и водку на городском рынке, но если условия торговли оказывались для них невыгодными, крестьяне всегда могли повернуться спиной к рынку и обойтись теми примитивными продуктами, которые они производили сами. Летом и осенью 1917 года именно так и поступали многие крестьяне, возвращаясь к натуральному хозяйству, от которого постепенно уходили их отцы и деды, отгораживаясь от рынка и отказываясь поставлять продукты кому бы то ни было за пределами собственной деревни. Всем русским правительствам приходилось считаться с потенциальным изоляционизмом крестьянских сообществ до тех пор, пока в 1929–30-х годах Сталин не взломал сельскую экономику грубой силой. Нигде творческая энергия революционного периода не проявилась так явно, как в многообразии организаций, создаваемых рабочими в городах России. Главенствующее положение, конечно же, занимали советы, в которые рабочие Петрограда вновь устремились, как только в феврале 1917 года у них появилась такая возможность. Однако нельзя сказать, что Петроградский совет или совет любого другого крупного города действовал в соответствии со своими изначальными идеалами. Может быть, это было и невозможно. В пленарных заседаниях Петроградского совета принимали участие три тысячи членов, и даже его исполнительный комитет вскоре разросся до неконтролируемой величины, так что многие его функции пришлось передать бюро, состоящему из двадцати четырех членов, в котором каждая из основных социалистических партий имела заранее согласованную представительскую квоту. Довольно естественно, что существовала тенденция занимать представительские места скорее профессиональными политиками и специалистами, нежели рабочими и солдатами. На деле попытка ввести прямую демократию привела к увлекательному, но непродуктивному хаосу, так что реальные дела вершились на более высоких этажах немногочисленными выборными чиновниками. Среди рядового состава это породило ощущение, что с их голосами вообще не считаются. Как мы еще увидим, это недовольство сыграло важную роль в событиях 1917 года и снабдило большевиков силой, приведшей их к власти. В ответ рабочие стремились отдавать больше сил организациям низших уровней, которые более непосредственно выражали их чаяния. В некоторых случаях этими организациями становились профсоюзы. Они, однако, не слишком хорошо соответствовали быстро меняющейся революционной ситуации. Ведь это были организации с определенными местными корнями, а также — сильные национальные организации; некоторым из них, затаившись, удалось сохраниться с 1905 года, несмотря на преследования. Они были организованы по производственному принципу, то есть по отраслям промышленности, независимо от конкретных навыков, квалификации или ранга членов. Это приводило к тому, что иерархические расколы происходили внутри союзов, что ослабляло их влияние. Кроме того, они были ориентированы, конечно же, на функционирование в рамках относительно стабильной экономической и политической среды, на защиту интересов своих членов в этих условиях. Но они не были хорошо приспособлены к быстро меняющимся условиям и к борьбе за реальную власть. Поэтому неудивительно, что меньшевики и социалисты-революционеры имели большое влияние на многие союзы уже до, а также и после Октября.