История Советского Союза. 1917-1991

Нечто похожее произошло и в Ленинграде. Студент по фамилии Трофимов после двадцатого съезда произнес речь, в которой потребовал реабилитации Бухарина. Он создал нелегальный “Союз коммунистов”, который распространял листовки, осуждавшие советскую оккупацию Венгрии как “сталинистский феномен”. Программа союза содержала требования создавать “рабочие советы” и восстановить некоторые элементы частной собственности, а также вывода оккупационных войск из социалистических стран.

Нет никаких признаков того, что какая-либо из этих групп располагала оружием или замышляла бы нечто более серьезное, чем распространение идей, которые пока всего лишь не были допущены на страницы советской печати. Тем не менее КГБ наблюдал за каждым их шагом с помощью тонкой, но достаточно бдительной сети агентов и изолировал их, как только они приступали даже к столь нерешительным действиям.

Встревоженные этими проявлениями народного недовольства и раздраженные хрущевской — как они ее называли — “демагогией” в других сферах, противники Хрущева в Президиуме приняли решение выступить против него. Они сговорились с Шепиловым, одним из секретарей ЦК, и с хозяйственниками, принадлежавшими к более молодому поколению, — Первухиным и Сабуровым. Последние были в оппозиции экономическим реформам Хрущева. Суть реформ состояла в том, что управление экономикой было отнято у центральных министерств и передано региональным органам, советам народного хозяйства (совнархозам). Но нет никаких сомнений, что основной причиной недовольства была сущность процесса десталинизации и та быстрота, с которой он проходил. Не были они в восторге и от сопутствующих ей явлений, таких как восстановление отношений с Тито и поиски возможностей “мирного сосуществования” с Западом.

В июне 1957 г. этот союз, к которому теперь принадлежало большинство Президиума, начал наступление на политику Хрущева в целом и волюнтаристский стиль руководства. Они требовали его отставки с поста первого секретаря (вероятно, были планы сделать его министром сельского хозяйства). Хрущев, защищаясь, апеллировал к уставу партии. Он заявил, что был избран Центральным комитетом и оставит свой пост только по его воле. Поскольку оппоненты Хрущева не собирались — или не могли — поступить с ним так, как они обошлись в 1953 г. с Берия, они не могли предотвратить созыва Центрального комитета, где в любом случае рассчитывали получить большинство.

Как бы то ни было, но Центральный комитет поддержал Хрущева. Мы толком не знаем, как проходили заседания, которые продолжались целую неделю, но можем предположить, по каким причинам большинство ЦК встало на сторону Хрущева. В то время около 60% Центрального комитета состояло из партийных секретарей республиканского и областного уровня. Хрущев являлся первым секретарем и, таким образом, был их естественным покровителем. К тому же большинство из них он сам и назначил. Они вполне могли не доверять Маленкову, Молотову и Кагановичу, подозревая, что те могут угрожать их только что обретенной свободе от службы безопасности. Система региональных советов народного хозяйства давала партийным секретарям власть куда большую, чем та, что была у них при старой системе централизованных промышленных министерств. Возможно также, многие из них думали, что напряженная сельскохозяйственная программа Хрущева представляет собой по меньшей мере серьезную попытку разрешить самую тяжелую проблему из тех, что стояли тогда перед страной. Кроме того, они понимали, что Хрущев поднял значение партии, занявшей в структуре власти главное место.

По каким бы соображениям это ни было сделано, но Центральный комитет отверг резолюцию Президиума. Хрущев сохранил за собой пост первого секретаря. Он продолжил дело, изгнав своих основных оппонентов из состава ЦК и Президиума, назвав их “антипартийной группой”. Он сам сменил Булганина на посту премьер-министра в 1958 г., соединив эту должность с той, которую он уже занимал, — первого секретаря партии. Подобным образом поступил в 1941 г. и Сталин. Маршал Жуков стал полноправным членом Президиума.