История Средиземноморского побережья. Как боролись за мировое господство Рим и Карфаген, противостояли Византия и Османская империя

Корабль, гордо качаясь на волнах Бискайского залива, двигался вперед. Он направлялся на Средиземноморский театр военных действий, красивый и уверенный, словно морская птица. Французские и английские корабли отличались друг от друга лишь в мелких деталях, причем, когда речь шла о дизайне или комплектовании командой, счет неизменно был в пользу французов. Английские кораблестроители-проектировщики были хорошими, но французские часто были лучше. А когда дело доходило до команд, французы определенно поступали умнее. Именно французы стали платить своим рыбакам за то, чтобы они прошли подготовку в резерв. Англичане, с другой стороны, все еще зависели от призванных на службу людей. Из них собирались команды для – говоря словами адмирала Мэхэна – далеких, потрепанных штормами кораблей, на которые Великая армия никогда не смотрела, но которые всегда стояли между ней и мировым господством.

Самый известный военный корабль в истории – «Виктори» – был неразрывно связан со Средиземным морем. Он участвовал в освобождении Гибралтара, осаде корсиканской Бастии и Кальви. Поскольку он был во многих отношениях типичным представителем больших линейных кораблей, которые доминировали на море до появления пара, краткое описание его устройства и жизни на борту будет уместным для воссоздания исторических событий конца XVIII – начала XIX века.

Спущенный на воду в 1765 году на верфи в Чатэме, Кент, корабль «Виктори» стал пятым в королевском флоте, носящим это название. Первым был флагман сэра Джона Хокинса во время борьбы с армадой в 1588 году, ставший свидетелем крушения испанских надежд в холодных водах, омывающих Британские острова. Елизаветинский галеон имел водоизмещение всего 800 тонн. Зато новый корабль «Виктори» – типичный представитель больших линейных парусников – был рассчитан на 2000 тонн, хотя, по примерным оценкам, его водоизмещение составляло около 3500 тонн.

Уильям Теккерей позже писал, что останки «Виктори» должны быть священными реликвиями для каждого англичанина. Корабль был построен из английского дуба и вяза. Его дубовый корпус имел толщину более двух футов, ахтерштевень состоял из одного цельного ствола дерева. Для постройки корабля в основном выбирались деревья возрастом около ста лет. Киль длиной 150 футов был сделан из древесины тикового дерева – самой твердой и не подвластной древоточцу древесины в мире. Он был защищен фальшкилем из вяза. Крепеж – дубовые шпильки – нагели, а также медные болты. Ни по использованным материалам, ни по конструкции этот корабль не был похож на средиземноморские суда.

Команда состояла из 850 человек. На корабле были достаточные запасы воды и продовольствия, чтобы проводить в море четыре месяца без захода в порт, а запасы пороха и ядер были рассчитаны, если не произойдет непредвиденного большого сражения, на три года. Даже большая родосская каррака бледнела в сравнении с гигантскими кораблями века парусов. Их самой примечательной чертой был огромный вес металла, который они несли на борту. Уроки прошлого были хорошо усвоены. Теперь все понимали, что исход сражения, а следовательно, судьбу империй определяет бортовой залп. Такие корабли, как «Виктори», считали трехпалубными – по трем орудийным палубам, хотя всего на них имелось семь уровней. На нижней орудийной палубе находились самые тяжелые пушки – 32-фунтовые, на средней – 24-фунтовые, на верхней – 12-фунтовые. Такие корабли, по сути, являлись плавучими батареями. Они были способны не только вступить в бой с себе подобными, но и разнести на части береговой форт.

Знаменитый бортовой залп, о котором так много писали и в исторической, и в художественной литературе, не означал, что все пушки одного борта должны выстрелить одновременно. Такие корабли, хотя и были крепкими, все же не смогли бы вынести такого потрясения. На самом деле велась «залповая стрельба», при которой орудия стреляли последовательно от носа к корме. Такая техника одновременно предполагала, что, к тому времени, как выстреливало последнее кормовое орудие, носовые пушки уже были перезаряжены и готовы продолжать огонь. Орудия верхней палубы были нацелены на мачты вражеских кораблей, а нижних – на борта. Такие сражения, зачастую растягивающиеся на много часов, были самыми кровавыми в истории войны на море.