История Центральной Европы с древних времен до ХХ века. Кипящий котел народов и религий на территории между Германией и Россией

Однако император хотел добиться для него гораздо более высокого положения, равного положению его старшего брата, который получил типично чешское имя Вацлав и должен был унаследовать Чехию и, возможно, также императорскую корону. Поэтому вместе с Габсбургами Карл Люксембург вступил в переговоры с последним королем Анжуйской династии – королем Венгрии, своим бывшим соперником Людовиком Великим, у которого были только дочери – будущие наследницы как Венгрии, так и Польши. Почти одновременно одна из них, Мария, была помолвлена с Сигизмундом Люксембургом, а ее младшая сестра Ядвига – с Вильгельмом Габсбургом. Для старого императора это казалось гарантией того, что Сигизмунд станет преемником Людовика либо в Польше, либо в Венгрии, и в любом случае это было выгодно не только династии Люксембургов, но и Чехии, которая должна была остаться фундаментом их власти.

При Карле IV, который не прожил достаточно долго, чтобы увидеть исход этих тщательно спланированных событий, Чехия также добилась большого прогресса в области управления благодаря тому, что он свел законы страны в кодекс. Он пользовался полной поддержкой церковной иерархии, и его главным советником был первый архиепископ Праги Арношт из Пардубице. Оба они не только поддерживали тесную связь с папой римским (в 1368 г. император нанес визит Урбану V, когда тот временно вернулся в Рим из Авиньона), но и проявляли неподдельный интерес к миссионерским проблемам, таким как обращение в христианство Литвы, чьи князья приезжали с визитом к Карлу в 1358 г.

Еще важнее было то, что они оба понимали необходимость церковных реформ, которых требовали красноречивые проповедники среди чехов и за рубежом. Они были потрясены богатством и мирской жизнью части духовенства, включая богато одариваемые монастыри. Во время правления Карла это реформаторское движение еще не обрело какого-либо еретического или антигерманского характера. Оно было серьезным предупреждением, которое стало более значительным, когда в 1378 г. вслед за окончательным возвращением Святого престола в Рим разразился Великий Западный раскол.

Жаль, что император умер в самом начале этого кризиса. Но его смерть была особой потерей для Чехии, где общие проблемы христианства имели особенно серьезные последствия. Эта страна вскоре утратила положение, уникальное в ее истории, которое она занимала при Карле, в то время как тесная связь славянского народа и немецкой власти, явно успешная при его жизни, вскоре привела к самым опасным последствиям. И ни один из его сыновей, последних представителей династии Люксембургов, не оказался способен выполнить свою задачу.

Венгрия под властью Анжуйской династии

Эта задача была более ответственной, потому что через четыре года после смерти Карла IV венгерская ветвь Анжуйской династии угасла, а параллельное развитие Чехии и Венгрии под властью иностранных династий, установленной в этих странах в начале XIV в., подошло к концу. Правление Анжуйской династии в Венгрии было гораздо короче, чем правление Люксембургов в Чехии, и ограничивалось всего двумя поколениями по мужской линии; и хотя эта династия и имела чужеземные корни, но была не немецкой, а французской.

Поэтому не было никакой опасности того, что иностранные правители (второй из них, кстати, был рожден и воспитывался в Венгрии) станут содействовать иностранному влиянию, опасному для независимости и национального характера страны. Их французская родина была далеко и не имела никаких амбиций или возможностей контролировать или присоединить к себе страну в Центрально-Восточной Европе, которую даже соседняя немецкая империя не смогла к себе присоединить. На самом деле представители Анжуйской династии, которые заняли место Арпадов, прибыли не напрямую из Франции, а из Италии. Пока их предки правили Сицилией, они проявили обычное честолюбие, характерное для всех владык Сицилии и направленное на Восток. Но даже эти агрессивные устремления были направлены на Византийскую империю и ее владения на юге Балканского полуострова, и, так как с 1282 г. Сицилия оказалась потерянной для королей Анжу[24], практически ограниченного Неаполем, эта династия вряд ли могла мечтать о создании империи по обе стороны Адриатического моря.