История Центральной Европы с древних времен до ХХ века

Легче всего было принять и даже приветствовать, несмотря на первоначальные сомнения со стороны президента Рузвельта, было ту часть ялтинских решений, которая была озаглавлена как Декларация об освобожденной Европе. Но, цитируя Атлантическую хартию, «Большая тройка» объявила, что в любой стране, «где, по их мнению, того требуют условия», они будут «совместно помогать» ее народу устанавливать внутри ее мир, формировать «переходные правительственные власти, широко представляющие все демократические силы» и проводить свободные выборы. Такое вмешательство во внутренние проблемы любого государства, даже союзника, поставленного на тот же уровень, что и «бывшие сателлиты оси», было оставлено на усмотрение трех подписавших Ялтинский договор сторон, включая, разумеется, тоталитарный Советский Союз, который таким образом получил право определять, каковы «демократические силы» в освобожденных странах. И хотя планируемые вмешательства должны были быть «совместной ответственностью» трех держав, легко было предвидеть, что на практике все будет зависеть от того, какая из них освободила своими войсками данную страну.

В противоположность Западной Европе, освобожденной англосаксонскими державами, почти вся Центрально-Восточная Европа была занята Красной армией и поэтому была во власти Советского Союза без каких-либо гарантий для западных союзников, что с ними действительно будут советоваться и им будет позволено оказывать их долю обещанной «помощи». Эта опасность стала очевидной уже в Ялте в двух конкретных случаях, которые казались особенно неотложными, когда внутренние проблемы союзных государств, вообще не представленных на конференции, были решены «Большой тройкой» именно так, как хотел Советский Союз, который контролировал оба этих государства.

Случай Польши подробно обсуждался, но вопрос о ее восточной границе, поднятый первым, был далеко не внутренней проблемой. Это был спор между Польшей и Советским Союзом, который в отсутствие Польши был решен в пользу Советского Союза – принимающей стороны конференции. Президент Рузвельт хотел спасти по крайней мере город Львов и нефтяные месторождения в этом районе для Польши. Его апелляция к щедрости Сталина была тщетна. Линия Керзона в интерпретации русских была установлена как восточная граница Польши сразу же, в то время как «значительная» компенсация, которую должна была получить еще раз разделенная страна от Германии, осталась неопределенной и должна была «ожидать решения мирной конференции».

Более сложным и поэтому подверженным противоречивым толкованиям было решение в отношении правительства Польши. Ее президент и законное правительство – союзник во время войны, все еще признаваемый всеми державами, за исключением России (СССР), даже не упоминались. «Временное правительство, в настоящее время функционирующее в Польше», то есть бывший Люблинский комитет, поддерживаемый Советским Союзом, должен был быть «реорганизован на широкой демократической основе». На самом деле это не было формирование совершенного нового правительства, как того хотели англосаксонские державы, а просто расширение контролируемой коммунистами группы без какого-либо указания на то, сколько «демократических лидеров из самой Польши и из-за рубежа» должно быть в нее включено. Их выбор был предоставлен не польскому народу, а комиссии, состоявшей из господина Молотова и послов США и Великобритании в Советском Союзе, которые должны были «консультировать» в Москве некоторых выбранных ими польских лидеров, но опять негласно исключая законные власти республики[108]

. «Реорганизованное» временное правительство дало обещание провести «свободные и неограниченные выборы», однако без указания фиксированной даты или гарантий контроля, и вскоре после формирования оно было признано Америкой и Великобританией, не ставшими ждать результатов выборов.

Не «восстановив», а уничтожив таким образом суверенные права союзной Польши, Ялтинская конференция без долгих обсуждений сделала практически то же самое с Югославией. Она начала с «рекомендаций маршалу Тито и доктору Шубашичу» без каких-либо ссылок на короля и правительство в эмиграции сформировать новое правительство, основанное на их договоре. И в этом случае была выдвинута идея расширить контролируемые коммунистами органы власти (в Югославии это Антифашистское вече национального освобождения), включив в него членов последнего парламента. Было добавлено, что законодательные акты этого веча должны быть ратифицированы Исполнительным вечем[109], но как и когда должны были проходить выборы этого веча, осталось нерешенным.