История Византийской империи: Том 1-2

Вследствие возникших с этих пор сношений между Восточной империей и гуннами получилась для греков возможность ближе ознакомиться с этим народом и страшным их вождем. В 448 г. Феодосии II отправил в лагерь Аттилы, расположенный в нынешней Венгрии на р. Тиссе, в местности близ Токая, знатное посольство с Максимином и Приском во главе. Официальная цель посольства заключалась в том, чтобы объяснить Аттиле положение спорного вопроса о перебежчиках и просить его держаться установленных мирных договоров, а другая секретная сторона, даже неизвестная, по-видимому, старшим членам посольства, состояла в том, чтобы сделать попытку умертвить Аттилу. Эта двойная цель, которая оказалась известной Аттиле, поставила посольство в чрезвычайно затруднительное положение, как скоро оно пришло во владения Аттилы. Все возникшие отсюда затруднения и все, что послы увидели и испытали в стане гуннов, составило предмет описания Приска Панийского, участвовавшего в посольстве. Этот литературный памятник — добросовестное описание виденного и слышанного — представляет собой чрезвычайно важный источник для истории половины V в. Особенно важно в нем описание местности, где расположены были становища гуннов, равно как изображение нравов и обычаев народа и двора Аттилы.

Посольство держало путь на Сардику (ныне София), где был роздых, потом на Ниш, который был тогда в развалинах от гуннских набегов. Истр-Дунай переплыли на однодеревках, перевозчиками были варвары. За Дунаем была уже неприятельская земля, где царил Аттила. Далее послы продолжали путь по Паннонии и Угрии. Аттила, находившийся тогда на пути к Дунаю, выслал им навстречу двух скифов, которые и были проводниками византийского посольства. Но когда они были уже близ палаток Аттилы, произошло неожиданное затруднение. Прежде всего их стали расспрашивать о цели посольства, на что они отвечали, что им приказано об этом лично передать Аттиле, а не через посредство других лиц. Но оказалось, что Аттила знает уже о цели посольства и не желает лично принимать послов. Благодаря личным знакомствам, Приску удалось, однако, добиться представления Аттиле. Он сидел в шатре, охраняемом многочисленными воинами, на деревянной скамье. Максимин подошел к нему, вручил ему царскую грамоту и высказал благожелания от имени царя ему и его домашним, На что Аттила двусмысленно ответил: «Пусть с римлянами будет то, чего они мне желают». Затем он в гневе обратился к переводчику посольства Вигиле и выразил ему сильное негодование. Посольству

?вообще пришлось вытерпеть много неприятного, т. к. Аттила был против него предубежден, не верил в искренность Максимина и Приска и в непричастность их к заговору на его жизнь.

Аттила двинулся дальше, не сделав никакого распоряжения по поводу полученного через посольство письма императора, а византийские послы последовали за ним по Паннонии и Угрии. Они переправлялись через многие реки на лодках-однодеревках и на плотах, которые варвары возят с собой на телегах. В селениях отпускали им в продовольствие просо и напиток, называемый у туземцев мед (μέδος), служители же получали добываемый из ячменя напиток, называемый кумыс или, может быть, квас, так как кумыс готовится из кобыльего молока. После продолжительного пути послы прибыли, наконец, в столицу Аттилы, которая Приском описана очень подробно. Дворец был построен из бревен и досок, искусно вытесанных, и обнесен деревянною оградой, более служащей к украшению, нежели к защите. После дома царского самый отличный был дом Онигисиев, недалеко была большая баня...

«При въезде в селение Аттила был встречен девицами, которые шли рядами под тонкими белыми покрывалами. Под каждым из этих длинных покрывал, поддерживаемых руками стоящих по обеим сторонам женщин, было до семи или более дев, а таких рядов было очень много. Сии девы, предшествуя Аттиле, пели скифские песни. Близ дома Онигисия вышла навстречу Аттиле супруга первого со служителями, несшими кушанье и вино. Она приветствовала царя и просила его вкусить хлеба и вина. Аттила, сидя на коне, в угождение жене любимца своего ел кушанье из серебряного блюда и отпил вина из чаши и поехал в царский дворец».