Южная Африка. Прогулки на краю света

— Когда Гитлер пришел к власти, — продолжал рассказывать лавочник, — он тратил много денег на южноафриканцев, хотел, чтобы здешние немцы воспитывали своих детей в германском духе. У наших берегов нередко появлялись немецкие крейсера, и моряки угощали нас бесплатным пивом. Фермеры со всей округи собирались, чтобы послушать проповеди — по сути дела пропагандистские лекции, даром что докладчик маскировался под пастора. Однако тут они не сильно преуспели. Когда в наших краях начали собирать полк для войны с Гитлером, так чуть не половина добровольцев оказалась из немецких колонистов!

— Рассказывают, был такой случай. Приходит один из местных парней вербоваться на фронт. Его спрашивают фамилию. «Дойчманн», — отвечает. «Местожительства?» «Берлин». У комиссара едва глаза на лоб не полезли. А все потому что нездешний! У нас-то в округе все знают семью Дойчманнов из Берлина, что под Кинг-Уильямс-Тауном!

Конечно, у нас не одни немцы. Немало осталось и переселенцев 1820 года. Знаете, на Вест-Бэнке живут Монфоры, так их предки издавна жили в Англии. Еще сражались в битве при Гастингсе! Они рассказывают, что на каком-то английском кладбище стоит надгробие, где про это написано. А еще есть миссис Венейблз — она до сих пор проживает в усадьбе, которую построил ее дед… Да что там говорить, про наш Ист-Лондон можно целую книгу написать.

На приморском променаде (да-да, не удивляйтесь, ибо все южноафриканские порты одновременно являются и морскими курортами) я увидел замечательный аттракцион — огромный аквариум с флорой и фауной из Индийского океана. Там были удивительные рыбы, похожие на яркие цветы. Они всплывали, разевали свои рты и снова скрывались из виду. А в углу я разглядел огромный черный глаз, за которым прятался злобный разум с хищными щупальцами. А чего стоят маленькие прозрачные рыбки! Они плавают целыми стайками и все вместе разворачиваются, маневрируют — поневоле поверишь в коллективный разум!

Там же я увидел рыбу-рыцаря (ее еще называют шишечником или попросту сосновой шишкой). Она живет в темных глубинах океана, а потому снабжена фосфоресцирующими железами под нижней челюстью. Ну, электрических скатов, наверное, все видели. Но не все знают, что скат — после того как парализует свою жертву при помощи электрического разряда — вынужден на некоторое время удалиться, так сказать, на «подзарядку батареек». Но больше всего мне понравился рак-отшельник, который всю жизнь таскает у себя на спине жгучий анемон. Оказывается, тот защищает его от нападений сверху, буквально прикрывает спину. А взамен получает свободу передвижения и, соответственно, лучшие условия для кормежки. Вот это я понимаю — сотрудничество! Когда рак вырастает из скорлупы, он вынужден искать новую. Найдя же, первым делом пересаживает туда своего товарища и лишь потом пускается в путешествие.

4

В Ист-Лондоне я встретился с чиновником Транскейского Генерального совета (это своеобразный «черный» парламент Транскея), который устроил мне однодневную экскурсию по своим владениям. Без преувеличения могу сказать, что поездка эта меня потрясла! На многие мили вокруг лежала мертвая земля. Трудно представить себе более печальное зрелище, нежели эрозия почвы, которая приводит к полному истощению некогда богатой и плодородной земли.

По ней бродят бесчисленные стада — этакие тощие фараоновы коровы!

Несчастные животные переходят с места на место, пытаясь найти хоть один зеленый стебелек, оставшийся со вчерашнего дня. Мне ни разу не доводилось видеть, чтобы эти коровы стояли на месте и, как полагается, пережевывали жвачку. Нет, они находятся в вечном поиске хоть какого-то пропитания. При таком количестве едоков трава просто не успевает обновляться — ее всю съедают на корню. Земля настолько твердая, что не впитывает дождевую влагу. Та собирается ручьями и стекает в малейшие углубления — понимай, в тропы, проложенные животными. Вода размывает эти тропы, превращая их в трещины, затем в расселины. Со временем на месте бывшей тропы уже зияет настоящий овраг, по которому уплывает верхний плодородный слой почвы. И такая картина повсеместно. Вы можете ехать целый день и везде увидите изуродованную, обескровленную землю.

А стада тем временем переходят на новое место. Острые копыта коз — кстати, совершенно незаменимое животное в качестве взятки чиновнику или подношения местному колдуну — впечатываются в землю и намечают новые пути для эрозии. Их беспощадные челюсти перемалывают любой клочок зеленой растительности, лишая землю последней защиты.