Южная Африка. Прогулки на краю света

Всякий раз, когда мне хотелось заглянуть в какую-то хижину или побеседовать с кем-нибудь из местных жителей, мы останавливались и шли в том направлении. Так что я вдоволь насмотрелся на окружающий безжизненный пейзаж. Во всех деревнях живут более или менее одинаково. Основная часть работы на женских плечах. Мальчики только пасут скот и погоняют быков на пашне. Старики вообще ничего не делают, просто сидят возле своих хижин. Молодые мужчины, как правило, отсутствуют. Большим событием в Транскее (как и повсюду на коренных землях коса) является так называемое «пивопитие». Это когда все местные собираются в одной деревне и с утра до вечера пьют «кафрское пиво» — мутный, не особо крепкий напиток, изготовляемый из маиса или дурры. Иногда церемония растягивается на несколько дней.

Конечно, подобная экскурсия обеспечивает лишь поверхностный взгляд на жизнь черного населения. Если у вас есть желание заглянуть за безмятежные декорации национальных резерватов, советую прочитать книгу Моники Хантер «Реакция на завоевание». И еще два произведения, которые помогут чужеземцу лучше понять национальные проблемы Южной Африки и — что еще важнее — удержаться от скоропалительных выводов: «Расовые отношения в Южной Африке» Л. Д. Маккрона и «Банту в большом городе» Рэя Э. Филлипса.

Я наблюдал за работавшими в поле женщинами: одни из них разбивали твердую, неподатливую землю неким подобием клюшек, в то время как другие осторожно рыхлили почву мотыгами. Откуда-то с дальних склонов холмов (а от этого в Африке никуда не деться — вода всегда находится вдалеке) спускались чернокожие девы с кувшинами на голове. В их медленных, грациозных движениях угадывалось то же достоинство, что и у египетских жриц, изображенных на стенах фараоновых гробниц. Вот она, подлинная Южная Африка, которую так любят изображать в туристических буклетах и на художественных фотографиях. Впрочем, нет, в реальности Африка выглядит куда лучше! Никакая фотография не в состоянии передать грацию чернокожей девушки, когда та, подобно маленькому коричневому фавну, движется по залитой солнцем дороге. И ни одно печатное издание — с его «традиционным» тем-то и тем-то, с его «оригинальными и живописными обычаями» — не может в полной мере отразить чувства, которые охватывают вас при взгляде на простодушных, исполненных естественной красоты людей (как выразился мой приятель об американских индейцах — «у них всякий старик прирожденный джентльмен»). Восхищение этими людьми смешивается в вашей душе с острым чувством жалости и сожаления по поводу их бедственного положения.

По пути мы посетили несколько земледельческих школ, в которых белые и черные учителя знакомят местное население с прогрессивными методами ведения хозяйства. Видели также и «усовершенствованные области», где эти методы пытаются применять на практике. Здесь жителей целой деревни убедили, во-первых, применять огораживание полей, а во-вторых, резко уменьшить количество скота. Рад сообщить, что результаты эксперимента выглядят обнадеживающе. А в другой раз, спустившись с горы, мы наткнулись на маленький вагончик, по ощущениям, собранный из расплющенных консервных банок. Навстречу нам вышла молодая чернокожая девушка в одежде медсестры. Полагаю, это очень отважная девушка, ибо она живет там совершенно одна и занимается лечением окрестного населения. Вот такая африканская клиника! Девушка со смехом сообщила, что чаще всего ей приходится иметь дело с колото-резаными ранами. Ибо местные мужчины, по ее выражению, «великие воины».

Когда день уже клонился к вечеру, мы повернули на север и двинулись в сторону Умтаты. Это была долгая и невыразимо прекрасная дорога. Теперь я понимаю, почему многие считают Транскей самой прекрасной местностью в Союзе. Представьте себе бескрайние пространства, где цепи холмов вырастают одна за другой. По их склонам — точно шляпки грибов — разбросаны хижины. Вдоль дороги высятся шипастые кусты алоэ и опунции, они четко выделяются на фоне безоблачного голубого неба. Вот вдалеке показалась деревня. Со всех сторон к ней сползаются женские фигурки, каждая тащит с собой охапку хвороста на растопку или же кувшин с водой. Детишки сгоняют скот в краали и запирают на ночь.

Мне подумалось: как возможно, чтобы при несметном количестве скота население страдало от хронического недоедания? Тем не менее это правда. Местные жители постоянно живут в окружении баранины и говядины, но редко позволяют себе лакомиться мясом. Разве что по большим праздникам. Повседневный же рацион африканца состоит из маисовой каши и небольшого количества овощей.

5