Южная Африка. Прогулки на краю света

Беседы эти, как правило, происходили на веранде за чашечкой яванского кофе и хорошей сигарой. По моему глубокому убеждению, мудрость человека никак не зависит от его образованности. И в этом смысле Пауль Крюгер был несомненно мудрым человеком, чьи суждения опирались на богатый жизненный опыт и способность осмысливать людские поступки. При этом президент достаточно мрачно оценивал человеческую натуру.

«Сложно даже представить себе, — писал Карл Джеппе в своей работе «Переменчивый Трансвааль», — до каких бы высот возвысился его интеллект в соединении с неудержимой силой воли, если бы мистер Крюгер научился его соответствующим образом дисциплинировать». В той же книге содержится и моя любимая история о президенте. Когда стало ясно, что война с англичанами неизбежна, Крюгер тоже решил отправиться на фронт. Как-то раз в его доме появился очередной посетитель, но ему сказали, что президент занят и не сможет его принять. Человек стал настаивать, и в конце концов его проводили на задний двор, где он застал следующую картину: «пожилой джентльмен, перепоясанный патронташем и с винтовкой в руке, тренировался в езде верхом — занятии, которое он забросил много лет назад».

Пауль Крюгер обладал удивительным чувством юмора. Рассказывают, будто, заглянув однажды на бал в парижском доме, он поспешно покинул это светское мероприятие. А в качестве объяснения сказал: «Я, похоже, приехал слишком рано — дамы еще не одеты». Миссис Смэтс, знавшая президента лично, уверяла меня, что «старик был большим остряком».

Всю свою жизнь Крюгер слыл убежденным трезвенником. Стоило ему учуять от кого-нибудь запах спиртного, как он недовольно морщился и заявлял: «Фу, от вас несет, как от помойки». Надо полагать, он очень неуютно чувствовал себя в Йоханнесбурге, где в первые годы салуны были на каждом углу. Наверное, этот город представлялся ему неким гибридом Содома и Гоморры.

Умер старик в 1904 году в Швейцарии. Германия, на которую он возлагал большие надежды в борьбе против Британской империи, от него отреклась. Известно, что кайзер Германии Вильгельм II специально уехал на многодневную охоту, лишь бы не встречаться с трансваальским президентом. В то же время многие страны поддерживали (по крайней мере на словах) борьбу бурского народа. Доказательством тому — многочисленные иностранные награды, которые Крюгер нацеплял на сюртук по торжественным случаям. Он был кавалером рыцарских орденов Франции, Германии, Голландии, Бельгии и Швейцарии и, как свидетельствует мистер К. Э. Вилльями в своей книге «Уитлендеры», едва не получил звание рыцаря Великого креста Ордена святых Михаила и Георгия!

Тело умершего президента Крюгера было доставлено в Южную Африку. И ныне останки последнего из великих пуритан покоятся на тихом кладбище рядом с прахом его третьей жены — всего в нескольких ярдах от его любимого ступа с

мраморными львами и маленькой допперовской церкви, где он так часто молился.

8

Всем известна история пленения Уинстона Черчилля в бытность его военным корреспондентом в Южной Африке. Случилось это в 1899 году близ местечка Чивели, где бронепоезд англичан оказался захвачен армией генерала Боты. Черчилля вместе с другими шестьюдесятью британскими офицерами поместили в тюрьму, устроенную в Государственных образцовых школах Претории.

Я отправился на пересечение улиц Ван дер Вальт и Скиннер посмотреть на это заведение. Теперь здесь располагается Центральная начальная школа, и, судя по выражению лиц учеников, им не в новинку посетители, которые расхаживают по двору и высматривают место, где молодой Уинстон — в ту пору гибкий и подвижный — перемахнул через тюремную стену. Напротив по-прежнему стоит здание, из чьих темных окон передавались сообщения для наших узников — при помощи азбуки Морзе и горящей лампы. Сохранилась и стена (правда, не знаю, та ли самая), отделяющая школу от соседнего дома, в 1899-м принадлежавшего генералу Лукасу Мейеру. Именно здесь декабрьской ночью и свалился в кусты перебравшийся через стену беглец.

В своих литературных произведениях мистер Черчилль дважды обращается к теме бегства из бурского плена. В первый раз он сделал это по горячим следам, описав свое приключение в одном из писем в «Морнинг пост» (позже все эти письма вместе с дневниковыми записями вошли в автобиографическую книгу «От Лондона до Ледисмита»). А вторично он вернулся к данной теме в книге «Мои ранние годы», где дал более развернутое описание событий. Если верить самому автору, ночью он дождался, когда часовые отвернутся, и быстро перелез через стену, приземлившись по ту сторону в кустах. Вот так Черчилль оказался на свободе. Вся его наличность на тот момент составляла семьдесят пять фунтов шиллингов и четыре плитки шоколада.