Избавь свою жизнь от хлама!

Поэтому никогда не следует забывать, в чем ваша истинная цель. Если вы стремитесь к спокойствию, миру и красоте, сделайте выбор, способствующий достижению такого результата. Упростив свою жизнь, вы гораздо скорее приблизитесь к спокойствию и миру в душе, чем с помощью магических кристаллов, ладана и статуэток Будды. Подобно большинству других важнейших вещей в жизни, это также требует большой внутренней работы. Не нужно слишком беспокоиться об одежде, о внешней стороне жизни – главное, чтобы она была чистой и аккуратной. Внешность сама позаботится о себе!

Какой бы спокойной и безмятежной нам ни казалась обстановка простых и элегантных жилищ, фотографии которых мы часто видим в глянцевых журналах и каталогах, мы понятия не имеем, как в действительности живут люди в этой обстановке. Если вы проведете генеральную уборку в спальне для гостей (если таковая имеется у вас в доме), выбросите оттуда все лишнее и закроете эту комнату на ключ до приезда гостей, то создадите им спокойную и умиротворенную обстановку – так сказать, «обстановку в духе дзен». По крайней мере на одну ночь. Поэтому давайте не будем судить о книге по ее обложке. Если вы хотите только чистого, уютного и незахламленного жилища, никто не мешает вам создать его своими руками. Если ваше желание – чистая, разумная и избавленная от всего лишнего и наносного жизнь, создайте для себя такую жизнь! Чем меньше в ней будет бесполезного и ненужного хлама, тем больше вы почувствуете спокойствия и умиротворенности. Проверено на себе!

Убежденность как мотивация

Что мы думаем о себе и как эти представления определяют наши чувства, мысли и действия? Возможно, мы даже не пытаемся делать что-то только в силу своих убеждений и представлений? Или упорно продолжаем делать что-то, даже если результаты совершенно не соответствуют нашим ожиданиям, – и это также обусловлено какими-то нашими убеждениями и представлениями?

Что-то известно нам доподлинно. Я, например, знаю, что у меня карие глаза, что мой рост – 185 см, что я шатен, а мой вес составляет 77 кг. Все это неоспоримые факты.

Когда-то я полагал, что всю оставшуюся жизнь буду работать в театре. Мне нравилась моя работа, многое мне удавалось и несмотря на множество других вещей, вызывавших у меня интерес в те или иные периоды, театр оставался постоянным увлечением. У меня не было никаких причин сомневаться, что это на всю оставшуюся жизнь. Я чувствовал, что мое призвание – искусство.

Перенесемся мысленно в 1996 год. Я уволился с поста руководителя театра в Сиэтле. Я провел в этом театре еще полгода, выступая на сцене, исполняя управленческие функции и подыскивая для себя административную должность, прежде чем принял окончательное решение вернуться на Восточное побережье. Практически сразу же мне предложили выступить в роли сопродюсера церемонии вручения премий, которая должна была состояться в Центре имени Кеннеди в Вашингтоне, округ Колумбия. Одним из получателей премии был выдающийся писатель и лауреат Нобелевской премии мира. Я приехал в Нью-Йорк, чтобы взять в его офисе несколько фотографий, которые намеревался использовать в ходе церемонии вручения премий. Когда я попытался найти нужные снимки, оказалось, что сделать это не так-то легко. Фотографии хранились в полнейшем беспорядке: на многих не было надписей (или надписи не соответствовали действительности), какие-то из фотографий хозяин офиса одолжил на время у других людей, но так и не вернул, другие вообще бесследно исчезли… После нескольких часов возни со снимками жена этого нобелевского лауреата предложила мне перекусить у них дома. Там мы поговорили о жизни, о моей прошлой работе и о моих планах перебраться на жительство в Нью-Йорк после церемонии вручения премий. Она спросила, не соглашусь ли я привести в порядок архив их фотографий. Я был чрезвычайно польщен предложением работы со стороны столь выдающейся личности. Мы договорились, что я приступлю в декабре – сразу же после возвращения в Нью-Йорк. Я забрал с собой отобранные снимки и отправился обратно в Вашингтон, испытывая легкое головокружение от открывавшихся передо мною перспектив.

Забегая вперед, скажу, что я так и не приступил к работе у этого нобелевского лауреата. В течение трех месяцев мы неоднократно назначали и переносили сроки. Его помощник несколько раз звонил мне с просьбой перенести дату начала (в последний раз он позвонил мне, мы поговорили о том о сем, но он так и не назначил новую дату). Целый месяц я ждал звонка, после чего понял: в моих услугах больше не нуждаются. Сам я не решился звонить им, посчитав это слишком невежливым. Я подумал: в конце концов, если они нашли столь «дипломатичный» способ отказать мне, то при желании найдут не менее дипломатичный способ возобновить переговоры.