Избранное

«Я отказался от искусства как самоцели…»

В 1934 году, накануне Первого Всесоюзного съезда советских писателей, журнал «Интернациональная литература» обратился к видным прогрессивным писателям мира с предложением принять участие в предсъездовской анкете журнала, выразить свое отношение к Советскому Союзу, к советской литературе, поделиться мыслями о задачах современного художественного творчества. Среди тех, кто откликнулся на это предложение, были Роллан и Барбюс, Синклер и Драйзер, Фейхтвангер и Нексе, Лу Синь и Мао Дунь… В сдвоенном номере журнала за март — апрель 1934 г. можно прочитать и ответ «революционного писателя Чехословакии» Петера Илемницкого:

«Все, что произошло в СССР, а также то, что мне пришлось видеть на родине, быстро внесло ясность в мою творческую работу, точнее, в мои взгляды на цели литературы. Я отказался от литературного баловства и искусства как самоцели и постарался включиться в общую работу всех борющихся пролетариев».

Это высказывание характерно для Илемницкого — четким определением мировоззренческой позиции, бескомпромиссной строгостью к собственному творчеству, убежденностью в общественном, гражданском предназначении литературы. Ему тогда только что исполнилось 33 года. Как прозаик он вступил в пору творческой зрелости. Вышедший незадолго до этого роман «Поле невспаханное» (1932) принес ему заслуженную известность как в Чехословакии, так и за ее рубежами. На рабочем столе писателя лежала вчерне законченная рукопись следующего романа «Кусок сахару» (1934). В том же счастливом для него году Илемницкий приехал в Москву для участия в Первом Всесоюзном съезде советских писателей. Волнующе приподнятая и в то же время деловая атмосфера работы съезда произвела на него неизгладимое впечатление.

На всю жизнь запомнилась Илемницкому встреча с Горьким, когда вместе с другими иностранными гостями съезда он побывал у Горького на квартире, в рабочем кабинете великого пролетарского писателя.

«Никогда не забуду, — писал Илемницкий, — его высокую и немного сутуловатую фигуру… тихий, теплый, приветливый голос… его ласковые незабудковые глаза, каких я больше никогда ни у кого не видел. Они производили удивительное впечатление именно потому, что сияли на изборожденном многими морщинами лице, на котором словно запечатлелись бесчисленные пути-дороги былого скитальца, прославленного писателя, неутомимого труженика и отважного борца». «Жизнь прекрасна, — вспоминает Илемницкий слова Горького, — жизнь — величественное и безостановочное движение, устремленное к все общему счастью и радости. Я верю в это и не могу не верить!.. Я вышел из низов, со дна жизни, оттуда, где грязь и невежество… Верьте, что человек… где бы он ни был, остается человеком, лучшим творением на земле».

Высокой горьковской верой в человека, мечтой о всеобщем счастье людей окрашено и все творчество самого Петера Илемницкого, выдающегося словацкого писателя-коммуниста.

Илемницкий, чех по национальности, родился 18 марта 1901 года в городе Кишперк (ныне Летоград) в Северо-Восточной Чехии. Его отец работал машинистом на железной дороге, и Петер с детских лет жил в атмосфере искреннего уважения к людям труда. Он был подростком, когда разразилась первая мировая война. Она вошла и в семью Илемницких: в 1916 г. взяли в солдаты восемнадцатилетнего Индржиха, старшего брата Петера. Побывав на итальянском и русском фронтах, Индржих вернулся домой убежденным сторонником революционного преобразования мира. Он примкнул к социал-демократам, с момента основания Коммунистической партии Чехословакии (май 1921 г.) стал ее членом. Много лет спустя в очерке, посвященном памяти Индржиха (он был расстрелян гестаповцами в 1941 г.), Петер Илемницкий с душевным волнением расскажет о старшем брате, пример которого оказал воздействие и на формирование его собственных революционных убеждений.