Избранные статьи; Черная Тетрадь; Материалы к биографии; История Кукунора Сумпы Кенпо

Ойратский князь Турэ — бэху (Гуши — хан) дал согласие помочь Далай — ламе[379]. Его первый поход в Тибет с небольшой дружиной (десять человек) имел чисто разведывательные цели. В пути он встретился со слабовольным сыном Цокто — тайчжи Арсаланом, склонил его на свою сторону и получил от него много ценных сведений о планах и силах его отца. Не дремали и другие агенты Далай — ламы. Г. Ц. Цыбиков приводит предание, согласно которому "ламы однажды предсказали Цокту — хану, что ему угрожает большая опасность от врагов. Для устранения опасности ламы советовали строить субурганы по одному в год в течение шести лет. Подданные его однажды подняли ропот и отказались от работ"[380]. Своими предсказываниями ламы преследовали цель держать суеверного Цокту в состоянии непрерывной тревоги и вызывать ропот среди строителей субурганов, которые одновременно были и воинами.

В 1636 г. Турэ — бэху вернулся из Тибета и начал готовиться к войне против Цокто — тайчжи. А осенью того же года он совместно с джунгарским Батур — хунтайчжи двинулся в поход. В феврале 1637 г. в районе нынешнего монастыря Дуланхит Турэ — бэху (Гуши — хан) дал бой тридцатитысячной армии Цокту — хана. Последний, будучи застигнут врасплох, не сумел собрать свои силы. Основной костяк его войска был разбит на берегах рек Ехэ — улан — хошу и Бага — улан — хошу, а резервная часть, находившаяся на левом берегу реки Харгол, сдалась в плен, не оказав сопротивления.

Такой сравнительно легкий разгром многочисленной армии Цокту — хана объясняется рядом причин. Во — первых, его войско было слабо организовано, в нем отсутствовала дисциплина; во — вторых, гибель Арсалана и его десятитысячной армии в Тибете удручающе подействовала на Цокту и его войско; в — третьих, строительство субурганов в ставке Цокту — хана и связанные с этим расходы ложились на плечи простого народа, вызывая его недовольство: в — четвертых, умелые действия Турэ — бэху в сочетании со слабой организованностью армии Цокту — хана обеспечили внезапность нападения на лагерь Цокту, который не знал, что армия ойратов уже несколько месяцев находится вблизи от него в Кукуноре, в районе горы Гань — Ямату, откуда он ведет разведку в тылу Цокту — хана. Все это предопределило исход сражения.

После этого (1638–1639) Гуши — хан с подвластными ему хошутами окончательно обосновался в Кукуноре. В литературе существует мнение, что он бежал в Кукунор из Джунгарии от агрессивной политики Батур — хунтайчжи[381].

Вполне вероятно, что возвышение чоросского княжеского дома, представители которого стали правителями Джунгарии, не нравилось хошутским и торгутским феодалам. Но не следует преувеличивать значение этого факта. Более вероятно, что Гуши — хан решил использовать обстановку для завоевания Тибета под флагом защиты желтошапочной религии. Этот план должен был осуществляться по этапам: сначала освободить Кукунор от Цокто — тайчжи, затем превратить Кукунор в плацдарм для похода в Тибет. Кукунор как плацдарм удовлетворил 1уши — хана в двух отношениях. Во — первых, там имелись привольные степи, хорошие климатические условия, изобильные кормовые травы, летом не было жары и докучливых насекомых, зимы были малоснежными. Все это способствовало развитию скотоводства и обеспечивало хороший тыл. Во — вторых, Кукунор представлял собой непосредственное преддверие, открывающее путь для нападения на Кам и Центральный Тибет.

Указанные причины объясняют перекочевку Гуши — хана со своими подданными в Кукунор. Заметим также, что несмотря на усиление чоросского Батур — хунтайчжи, Гуши — хан не имел с ним открытого столкновения. Напротив, в войне с Цокту — ханом Батур — хунтайчжи принимал участие в союзе с Гуши — ханом[382]. После этой войны Гуши — хан отдал Батуру в жены свою дочь Амин — Тару, дав ей в приданое много ценностей. Сумпа Кенпо даже говорит, что именно Гуши — хан пожаловал Батуру титул хунтайгжи, но это не подтверждается другими источниками.

Вскоре после разгрома Цокту — хана Гуши — хан прибыл в Тибет, где в провинции Уй встретился с Далай — ламой. Последний был очень доволен действиями Гуши — хана и пожаловал ему титул "царя религии" (bstan’-dzin‑chos‑rgyal). Здесь же были намечены планы дальнейших операций по разгрому оставшихся врагов желтой церкви.

В это время цанский царь Пунцог Намгьял, почувствовав опасность, вступил в оживленную переписку с Доньо [Дорже], камским царем из Бэри, и стал готовиться к отпору Гуши — хану. Но Гуши — хан, действуя по плану, согласованному с Далай — ламой, на этот раз уклонился от войны с цанским царем и вернулся в Кукунор.

В 1639 г. Гуши — хан захватил Кам, а в декабре 1640 г. схватил царя Доньо из Бэри и посадил в тюрьму. Стремясь показать себя в роли защитника религии Цзонхавы, он освободил всех узников — приверженцев желтой веры, заключенных в тюрьму властями красношапочной церкви, чем привлек на свою сторону многих подданных Бэри — хана.