Избранные труды

Следует иметь в виду, что посягательство и защита никогда не могут абсолютно соответствовать друг другу. Поэтому в законе говорится не просто о несоответствии между ними (оно будет всегда!), а о явном несоответствии, т. е. о не вызывающем сомнений, очевидном, бесспорном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства, когда посягающему без необходимости умышленно причиняется вред, указанный в ч. 1 ст. 108 или в ч. 1 ст. 114 УК РФ (смерть или тяжкий вред здоровью). Речь, таким образом, идет о причинении посягающему явно ненужного, чрезмерного, не оправданного обстановкой тяжкого вреда. Подобные действия именовались в старой уголовно-правовой литературе интенсивным эксцессом обороны.

Следует иметь в виду, что причинение средней тяжести и легкого вреда здоровью, а также побоев в ситуации обороны во всех случаях укладывается в рамки правомерной защиты. В отличие от позиции ранее действовавшего УК РСФСР 1960 г. законодатель в настоящее время исключил возможность привлечения к уголовной ответственности за превышение пределов необходимой обороны при причинении вреда здоровью средней тяжести. Тем самым расширено право граждан на оборону от преступных посягательств. Вопрос об эксцессе обороны может теперь встать лишь в случаях причинения посягавшему смерти или тяжкого вреда здоровью, разумеется, когда этот вред явно не соответствует характеру и опасности посягательства.

Как отмечает К. И. Попов, «для установления явного несоответствия оборонительных действий характеру и степени общественной опасности посягательства, составляющих сущность эксцесса обороны, необходимо установить и объективно выраженное явное, т. е. внешне резкое несоответствие между посягательством и защитой, и субъективно осознаваемое несоответствие между ними – заведомость знания этого несоответствия для обороняющегося»[1328].

Итак, превышение пределов необходимой обороны будет иметь место в тех случаях, когда обороняющийся прибегнул к защите такими средствами и методами, применение которых явно, очевидно не вызывалось ни характером и опасностью посягательства, ни реальной обстановкой, и без необходимости умышленно причинил посягающему тяжкий вред[1329]. Вопрос о превышении пределов необходимой обороны возникает именно в тех случаях, когда вред, причиненный посягающему, не был необходим для отражения общественно опасного посягательства[1330].

Важное значение имеет указание Пленума Верховного Суда СССР о том, что, усматривая в действиях подсудимого превышение пределов необходимой обороны, суды должны не ограничиваться в приговоре общей формулировкой о «явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства», а конкретно указать, в чем именно выразилось превышение пределов необходимой обороны и на каких фактах основан этот вывод[1331]. Обобщение судебной практики по делам данной категории, проведенное Верховным Судом, показало, в частности, что это указание часто нарушалось; в трех четвертях изученных дел о превышении пределов необходимой обороны суды лишь констатировали факт эксцесса обороны, но не указывали, в чем он выразился. Это оборачивалось порой необоснованным привлечением к уголовной ответственности лиц, правомерно оборонявшихся от общественно опасных посягательств.

Подобная ошибка была допущена одним из районных судов Нижегородской области.

Медведкин в восьмом часу вечера возвращался домой после работы на приусадебном участке. Проходя по деревне, Медведкин поравнялся с оголенным по пояс (дело было в мае месяце) незнакомым ему молодым пьяным парнем – Янковым. Тот внезапно напал на него и беспричинно избил, причинив ему легкие телесные повреждения, не повлекшие за собой кратковременного расстройства здоровья, – ссадины полости рта, перелом зуба, а затем преследовал убегавшего от него Медведкина, угрожая убийством.

Вынув из кармана нож, Медведкин крикнул преследовавшему его Янкову, чтобы он не подходил к нему, но Янков, сказав: «Убью!», – приблизился вплотную. В этот момент Медведкин ткнул Янкова ножом, причинив ему колото-резаное ранение грудной клетки с повреждением левого желудочка сердца, вследствие чего потерпевший тут же скончался.

Районным судом Медведкин был осужден по ст. 105 УК РСФСР (ч. 1 ст. 108 УК РФ). При кассационном рассмотрении дела приговор был оставлен без изменения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте в порядке надзора поставил вопрос об отмене приговора с прекращением дела за отсутствием состава преступления, считая, что Медведкин совершил означенные действия в состоянии необходимой обороны, не превысив ее пределов.

Президиум Нижегородского областного суда протест удовлетворил, указав следующее.

Органы предварительного следствия квалифицировали содеянное Медведкиным по ст. 103 УК РСФСР (ч. 1 ст. 105 УК РФ). Районный суд переквалифицировал его действия на ст. 105 УК РСФСР (ч. 1 ст. 108 УК РФ).