Избранные труды

В законодательстве эпохи Петра I окончательно определяется само понятие преступного деяния. Преступлением признается нарушение указа или закона, за которое следует наказание, предусмотренное самим законом. Например, в Воинских артикулах Петра I речь идет о преступлениях, совершенных военнослужащими или лицами, связанными с армией, но на практике эти артикулы применялись и к гражданскому населению, в частности, за преступления против религии и др. Таким образом, помимо специального субъекта – военнослужащего, речь в данном случае может идти также и об общем субъекте преступления. По Воинскому артикулу Петра Великого 1716 г. в соответствии с главой XV «О сдаче крепостей, капитуляции и аккордах с неприятелем» коллективную уголовную ответственность могли нести целые воинские подразделения и даже полки. Вместе с тем в законодательстве Петровского периода отсутствует конкретность в отношении возрастных особенностей субъекта преступления. Однако следует отметить, что малолетние преступники вместо смертной казни и кнута наказывались плетьми, отсылались в монастыри под караул и покаяние, а при наличии малой вины их били розгами.

Указом императрицы Елизаветы Петровны 1765 г. было определено лиц моложе 17 лет, совершивших тяжкие преступления, представлять в Сенат, где с ними разбирались по мере их вины, а малолетние, совершившие преступления до 10 лет, считались невменяемыми, остальные преступники от 10 до 16 лет наказывались розгами. Данное положение императрицы нашло отражение в дальнейших указах, в частности было закреплено в Своде законов Российской империи 1832 г., вступившем в силу с 1 января 1835 г.

По Своду законов 1832 г. из ст. 126 вытекает, что субъектом преступления признается малолетнее лицо, достигшее возраста 10 лет. В свою очередь, не признается субъектом преступления лицо, совершившее преступление в невменяемом состоянии (ст. 136 Свода законов).

Шагом вперед в совершенствовании уголовного законодательства России явилось Уложение о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г. Особо следует заметить, что в Уложении более четко определены признаки субъекта преступления, касающиеся возраста и вменяемости. Например, согласно ст. 100 дети, не достигшие 7-летнего возраста и не имеющие достаточного понятия о своих деяниях, не подлежали наказанию как за преступления, так и за проступки и отдавались родителям, опекунам и родственникам для воспитания и исправления. Следовательно, субъектом преступления по Уложению 1845 г. в силу ст. 144 признавалось физическое вменяемое лицо в возрасте 10 лет. Наказание же, которое применялось к лицам, совершившим преступление в возрасте от 10 до 14 лет, при этом смягчалось. Аналогичные возрастные критерии, позволяющие решать вопросы привлечения лица к уголовной ответственности и наказанию, предусмотрены и в Уложении 1885 г. в ст. 94 и 137–140. Однако Уложение 1845 г., наряду с ранее рассмотренными артикулами Петра I, также считало в некоторых случаях возможной коллективную ответственность физических лиц (ст. 561, ст. 1224).

Таким образом, в русском уголовном праве можно встретить примеры коллективной ответственности физических лиц, когда они признавались субъектом преступления.

Уголовное уложение от 22 марта 1903 г. является крупнейшим законодательным актом Российской империи в области уголовного права. Уложение 1903 г., непосредственный вклад в разработку которого внес профессор Н. С. Таганцев, явилось важным событием в общественно-политической жизни России. При этом вопросы, касающиеся субъекта преступления, нашли в нем достаточно четкое отражение. Само понятие преступления сформулировано более лаконично и не противопоставляется проступку, как это имело место в ст. 1 Уложения 1885 г.

Не является субъектом преступления по данному Уложению лицо, не достигшее 10-летнего возраста, так как оно считается малолетним и не может в полном объеме осознавать содеянное. Не является субъектом преступления лицо, совершившее преступное деяние, когда оно не осознавало своих действий и не могло руководить ими, т. е. было невменяемо. Таким образом, субъектом преступления по Уложению 1903 г., как и по предшествующему законодательству (Уложению 1845 г.), признавалось физически вменяемое лицо, достигшее установленного законом возраста.

В заключение следует сказать, что беглый обзор исторических памятников русского права и уголовного законодательства Российской империи не мог дать полного и объемного представления рассматриваемой проблемы. Однако он привел автора к твердому убеждению о проведении дальнейших, более углубленных исследований по изучению субъекта преступления как в действующем, так и в зарубежном уголовном законодательстве.

Признаки субъекта преступления в уголовном праве скандинавских стран и Финляндии[483]