Читаем Избранные труды по общей теории права полностью

В отличие от наказания как лишения благ награда есть наделение благами материальными или моральными (деньги, почет, повышение квалификации) за отличие по службе, т. е. за сверхобязательное, выше нормального, несение своих обязанностей и, следовательно, за дополнительный риск к тому, который присущ всякому несению обязанностей; но в данном случае этот добавочный риск заранее не оценивается, не подлежит обязательной компенсации, может остаться неоцененным и незамеченным, хотя и доставляет государству неоценимые ценности, без всякого для него риска.

Когда государство, слагая с себя экономический и административный риск, передает осуществление какой-либо своей хозяйственной функции частному лицу или обществу, т. е. передает концессию, оно предоставляет концессионеру часть своих прав, облекая его полномочиями и правами за тот риск безуспешности или убыточности предприятия, который оно переложило с себя на него.[132] То же начало соблюдения и защиты интересов принявшего на себя определенный риск лежит в основе законов о горных отводах.[133]

Можно утверждать, что все вообще право есть не что иное, как система распределения рисков, которая изменяет и исправляет стихийно складывающееся их распределение на основе естественных законов экономики.

Ответственность, установленная правом, покоится не всегда только на вине ответственного лица, на вменимости ему в вину его действий, а весьма часто на возложенном на него риске. Он отвечает не за вину, а «за беду» свою: беда его в том, что реально произошла та опасность, риск которой по праву снят с другого или со всего коллектива и возложен на ответственное лицо.

Без теории риска нельзя понять целого ряда коренных институтов права. Почему никто не может освободиться от ответственности за нарушение закона, о котором он не только ничего не знал, но и знать не мог? Только потому, что для государства существует огромный риск от того, что законы его могут быть неизвестны его членам, и если этот риск оно само и будет нести, т. е. принимать на себя все вредные последствия этого незнания, то опасности его существования возрастут до непреодолимой степени. Оно и перелагает этот риск на своих членов, несущих на себе все последствия этого риска. Государство не может нести на себе этот риск, т. е. за незнание закона освобождать от его исполнения, ибо, помимо изложенного, оно этим развращало бы граждан, толкая их на ложь и не имея средства установить истину. Государство может ослабить этот риск своих граждан, не приводя законов в действие до их опубликования и не допуская обратной силы закона, но это лишь смягчение риска, а не принципиальное освобождение от него: риск остается. И, наоборот, государство, подобно всякому предпринимателю, отвечает за увечье или профессиональную болезнь рабочего не потому, что виновно в этом, а только в силу возложенного на него правом риска за последствия трудового процесса, происходящего в его пользу.

В области уголовного права социально опасные нарушители права отвечают не за виновность, а за опасность их для общества. Это значит, что общество отказывается нести риск от наличности в некоторых его членах социально опасных свойств и исключает их из данного общения не только когда они совершили преступление, но и когда суд признает их социально опасными «по связи с преступной средой данной местности» (ст. 49 УК). И наоборот, виновность лица может не влечь за собой его уголовной ответственности, например, за действия главы государства отвечает не он, а его министры, т. е. риск ответственности перелагается с него на министров.

На этом принципе переложения риска ответственности построено страхование гражданской ответственности (например, лиц, имеющих автомобили, за убытки, которые они могут причинить третьим лицам при езде: за эти убытки отвечает страховщик, т. е., например, по праву СССР, государство, принявшее на себя риск ответственности за несчастные случаи при езде). Вообще страхование есть переложение за известную плату на страховщика риска от какой-либо определенной опасности для страхователя (ст. 367 ГК).

Наконец, всякий договор есть взаимное страхование от множества рисков мелких и крупных и распределение этих рисков между заключавшими этот договор, так что право заключается в освобождении управомочного от всякого рода рисков, стоящих на пути к получению условленного блага и грозящих беспрепятственному пользованию и распоряжению этим благом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История военных судов России
История военных судов России

Военным судам России 300 лет.В январе 2002 г. Прокуратура России отметила свое 280-летие. За точку отсчета взят Указ Петра I от 12 января 1722 г. об учреждении должностей генерал-прокурора, обер-прокурора и прокуроров коллегий, которые контролировали работу Сената и его аппарата. Назначены были прокуроры и в другие учреждения, в том числе и в Военную коллегию Сената, откуда и начинает свой отсчет времени военная прокуратура.Интересно знать, когда возникли в России суды, в том числе и военные. По словам профессора Дмитриева («История судебных инстанций», Москва, 1859 г.) в Московской Руси до 18 столетия повсеместно существовало правило «кто управляет, тот и судит». Вследствие этого право суда принадлежало князьям и воеводам, а в народных ополчениях (в войске) их начальникам (тысяцким). В период создания регулярной армии при Петре I появились военные суды. До появления знаменитого Воинского Устава 1715-1716 гг., положившего начало всему последующему военному и военно-уголовному законодательству России, в начале 18 столетия было издано два военно-уголовных устава: «Уложение или право воинского поведения», изданное 27 января 1702 г., а в 1706 г. – «Краткий Артикул». В этих документах имелись постановление о воинских преступлениях, о системе наказаний за эти преступления, а также о судоустройстве и судопроизводстве. О военном суде говорится как о коллективном органе, который должен был решать вопрос о виновности лиц, совершивших преступления. Названные правовые акты применялись в войсках, участвовавших в Северной войне, под командованием фельдмаршала Шереметова и Меньшикова. Таким образом, точкой отсчета появления военных судов России следует считать 27 января 1702 г. Следовательно, им 27 января 2002 г. исполняется 300 лет. Более подробная регламентация судоустройства и судопроизводства в военных судах дана в «Кратком Артикуле» 1706 г., а затем – в первой части Воинского Устава Петра I, изданного 26 апреля 1715 г. Первый постоянно действующий военный гарнизонный суд (Московский) был образован Указом Петра в 1723 г. для рассмотрения, преимущественно, дел о лицах, уклонявшихся от военной службы, задержанных в Москве. Как и ныне, в то время этих дел было больше в Московском гарнизоне.Заместитель Председателя Верховного Суда РФ –Председатель Военной коллегиигенерал-полковник юстицииН. А. Петухов«24» января 2002 г.Сведения об авторе: Петухов Николай Александрович, заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации – председатель Военной коллегии Верховного Суда, заслуженный юрист Российской Федерации, судья высшего квалификационного класса, генерал полковник юстиции, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор кафедры Военной администрации, административного и финансового права Военного университета, лауреат премии «Фемида-99» за вклад в созидание демократического общества и развитие институтов правового государ

Николай Александрович Петухов

Юриспруденция / Образование и наука