Избранные труды. Том IV

Одни из врагов официального строя, коммунисты, характеризуют основную цель данного строя как уничтожение социализма и построение капитализма. Эти коммунисты, т. е. последователи марксистско-ленинского учения, упускают в своем обвинении, что согласно их собственной доктрине социализм и только социализм является тем, что должно быть построено в противоположность капитализму, который возникает самопроизвольно. Появляется капитализм, а затем, в результате целенаправленного строительства, приходит социализм, говорили основатели марксизма-ленинизма. Социализм уходит, идет строительство капитализма, говорят их современные последователи в России, видя лишь своих политических врагов и забывая основателей доктрины. В отличие от коммунистов, националисты и неофашисты, избегая употребления марксистско-ленинского жаргона, обвиняют новые правящие круги в предательстве интересов русского народа, в уничтожении его культуры и потрясении традиций, в унижении русского национального достоинства и раболепном отношении к Западу, в подчинении себя иностранцам (инородцам, т. е. всем, кто не является русскими) и распродаже страны их представителям.

Различия между этими двумя типами критики предопределяют содержание двух позитивных программ. Коммунисты выступают за восстановление социализма, т. е. экономической системы и политического строя, созданных в Советской России. Националисты и неофашисты требуют реставрации либо досоветской системы (включая иногда монархию, но чаще всего без упоминания о ней), либо создания нового сильного тоталитарного или фашистского государства (иногда без дополнительных пояснений, но чаще всего с намеком на окончательное русское национальное господство).

С точки зрения исторического развития нельзя игнорировать данные политические тенденции, представленные в российском парламенте и поддержанные сравнительно широкими слоями населения (судя по выборам, голосованиям, прениям и т. п.). Стремлению любой из этих политических групп прийти к власти едва ли можно помешать, и это – главный момент политической нестабильности в России и важный фактор, определяющий ее исторические перспективы. Эти группы также важны для современной политической жизни страны, правительство которой должно принимать их во внимание в повседневной тактике и постоянном маневрировании. Однако общая суть сегодняшней России не зависит от них. Она определяется деятельностью правящих политических сил – сторонников преобразований и реформ.

Обычно представители этих политических сил стараются избегать привычной терминологии. Лишь однажды в российских СМИ какой-то честный голос заявил: «Зачем лукавить? Мы строим капитализм!»

Но этот голос никогда не повторился и не вызвал комментариев. Действительно, с точки зрения субъективных устремлений новых правителей, данный взгляд выражает истинную правду, а не советское лицемерие, которое не было уничтожено в постсоветский период. Другое дело – мера, в которой это искреннее признание о субъективных стремлениях действующих политиков соответствует объективным направлениям общественного развития. Будучи объектом всего дальнейшего исследования, в данный момент эти направления должны быть оставлены в стороне для того, чтобы выяснить субъективные цели действующих политиков. Эти политические деятели, вместо прямого призыва к капитализму, формулируют свою цель как создание социальной системы, в которой должны быть взаимоувязаны три компонента: (1) гражданское общество, основанное на политической демократии, (2) рыночная экономика, обеспеченная частной собственностью, и (3) правовое государство, опирающееся на истинное право.

Данные три компонента не имеют ясного объяснения. Однако, опираясь на исторические источники и дискуссии, происходящие в современной России, им можно дать более или менее точное определение.

Термин «гражданское общество», появившийся в качестве предвестника демократических революций в Западной Европе, означал общество, независимое от политической власти, автономное в своем существовании и свободное в своей деятельности. Феодализм, при котором короли и феодальные сеньоры диктовали свою волю и принудительно навязывали ее всему населению, несовместим с таким обществом. Оно также не может существовать при тоталитарном режиме, как в Советской России, или при неограниченной царской власти в России досоветской. Таким образом, первый компонент социальной системы, провозглашенной в постсоветской России, идентичен тому, что всегда сопутствовало капитализму.