— Ну да, как же, извиниться, — усмехнулся Эдик, с той же наглой ухмылкой глядя на меня. Но через мгновение до него дошёл смысл сказанного, и он резко развернулся к отцу. — Что⁈ Ты издеваешься⁈ Я должен извиниться перед какой-то чернью⁈
— Извинись, — повторил Тарников, даже не посмотрев в его сторону.
— Пап, да ты сбренди…
Но не успел Эдик договорить, как невидимая сила ударила его о стол и придавила с такой мощью, что под его мордой лопнула тарелка, оцарапав лицо.
— Третий раз повторять не буду, — процедил князь, скрестив перед собой пальцы, неотрывно глядя на меня.
Стоит ли говорить, насколько все присутствующие в зале были ошеломлены подобным поворотом? Даже я немного оторопел, так как не рассчитывал, что князь так быстро сдастся.
«А кто сдаётся? — донёсся в голове голос Тарникова. — Думаешь, если унизишь моего сына при этих смердах, то я склоню голову? Э, нет, Илья, это ты меня недооцениваешь».
Я встал из-за стола и достал из кармана телефон.
— Но прошу вас, господин Тарников, — обратился я к князю, чем вновь распалил его негодование. — Ваш сын должен извиниться на камеру. Для того чтобы моя подруга Минь могла это увидеть самолично, а не услышать из наших уст. Думаю, это будет справедливо.
— Да ты совсем охре… — выдавил Эдик, но тут же заткнулся, когда новая ментальная волна придавила его к столу ещё сильнее.
«Что ты затеял⁈» — зло прошипел князь.
«Смеешь угрожать мне, щенок⁈ Да я же размажу тебя по стенам одной только силой мысли!»
И в этот момент пространство вокруг нас затрещало от энергии, которой напитал её Тарников. Но стоило ей ринуться в мою сторону, как я ответил тем же. И вот тогда пришёл черёд князя удивляться. Ведь мои силы оказались не столь меньше его. А, возможно, где-то больше. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
— Хватит! — неожиданно воскликнул Смирнов, вскочив с места и взмахнув руками. Тогда-то и из него полилась сила. Не столь мощная, как хотелось бы (да, я желал того, чтобы в моей будущей семье все маги были сильными), но всё же ему удалось угомонить нас обоих. — Это уже переходит всякие грани! — он зло посмотрел на Тарникова. — Вы, Ваше Сиятельство, обещали мне, что моя дочь выйдет за успешного и сильного мужчину, который сможет за неё постоять, — он ткнул пальцем в Эдика, который только сейчас смог подняться и стряхнуть налипший салат с лица. — Но что я вижу⁈ Уж вы простите, но это просто тряпка! Что один, что второй! Мои дочери и то имеют больший потенциал, чем два, якобы, одарённых Пробудившихся! На что они вообще способны⁈ Могут хотя бы силой мысли сдвинуть ложку на столе⁈
— Не забывайся, Семён! — грозно произнёс Тарников, поднявшись следом за ним. — Ты говоришь о моих детях!
— А ещё я говорю о своих детях! — не унимался хозяин поместья. И должен признаться, что в тот момент он вызывал у меня уважение. — Обе мои дочери вышли замуж по расчёту, только из-за ваших слов об их лучшем будущем! И я поверил! — а вот здесь он явно врал. Я чувствовал ложь. Да и не надо быть гением, чтобы понять — Смирнов просто боялся за дочерей. Если б не выдал их за сыновей Тарникова, неизвестно, что бы придумал этот урод. Возможно, замужество для девочек — не такой уж и плохой вариант. Они хотя бы могут вить верёвки из этих недорослей. Конечно, если умеют. С другой стороны, зная Люду, уверен, что её старшие сёстры и не на такое способны. — Но что теперь⁈ Эдуард даже не в силах отвечать за свои поступки! Более того, он противоречит сам себе в глазах других аристо! О какой чести рода Тарниковых здесь можно говорить⁈
Выпалив это, Смирнов ещё несколько секунд приходил в себя, пытаясь вернуть в норму тяжёлое дыхание. А потом… потом он будто бы опомнился. Вышел из-под гипноза, или что-то вроде этого. Посмотрев на князя, мужик вжал голову в плечи и хотел что-то сказать, но тут уже вмешался я.
И мои слова подействовали. Он выпрямился и вновь взглянул на князя, как на равного. Скосив взор, я увидел восторг в глазах его супруги.
— Ух ты, — Тарников был поражён. — Оказывается, твоё появление в семье моих Вассалов, Илья, сказывается весьма благоприятно.
— Благодарю за похвалу.