Как я однажды стал поэтом. Сборник стихотворений

За окном кто-то мне улыбается, мелькнув в объективе глазном,

Такие фото несмываемые, но они забываются, чтобы всплыть однажды за тем же окном, на несущих меня вдаль колёсах автобусных.

Не бывает в этой жизни дважды, а это значит, что мы есть и нету позже, нету после. Хоть ты босой, хоть ты большой и взрослый, никто не любит получать по роже.

Ведь дело не в вопросах, и не в жалобах. Как можно забыть про акации?

Вы бывали в Одессе? Нет? Побывайте семь раз, а лучше побольше на несколько! Там люди в юмор красивый одетые, загадки за лицами скрывают, а в закоулках бродят мужики и дети, из диалогов выступления слагают без декораций, без эстрады.

Однажды меня в шортах не пустили в культурное заведение, какие-то не Одесситы, а гады, так минут через пять-десять, я в брюках пришёл, там за углом настоящие люди Одессы хлопали домино по столу. С южным приветом, невзрачным акцентом, хоть чаю, хоть телевизор смотрите, но я не скучаю, на кофэ, друзья дорогие, полтинник возьмите. Если б не вы, пришлось бы стать штанов похитителем.

Всегда улыбаются, либо в психбольнице, либо настоящие Одесситы.

*

5.09.2014

Я таскал своё бренное тело, тротуары им измеряя, так пыл о ветра остужают,

И если б хотелось, да было бы нечем, и знал, что мир от пустот ускользает,

Он скоплением атомов, воплощением массы уже всё сказал, ведь не изнанка наружу нами вывернута, не душа изранена,

Бесконечное пространство, вечный вакуума лепет, не нас обнимает, мы его,

В единице самой тленной молекулы больше чем во всём ничего.

*

6.09.2014

Сегодня в день цветов, Потёмкина вспоминают,

Ему на побережье черноморском ещё одну лестницу разместили,

Только не на Одесском, а Черноморском, на краю земли,

Почтение величавых всегда уместно,

Как и уместен его пыл от Кавказа до Бессарабии,

Так однажды он к Чёрному морю спустился, здесь города в честь него возведены,

Вплавь, против дунайских и днестровских течений к истоку полководец пришёл,

Теперь реки вновь испускают сквозь когда-то заросшие бредни,

То, что притихло в залежах выдающихся веков.

*

6.09.2014

Страсть всех потаённых залежей, блеском изящества, шелестом праздным,

Взвывает приливами неистовых чувств, песню разносит по материкам и морям,

Ласковый, ласковый, ласковый трепет, ветряный свежий ускользает по устам.

Кого он зовёт, к кому тяготеет, откуда возносится, что на песках и степях оставляет в узорах и покуда метит?

Зачем уносит прогоревший пепел? Почему пламя колышет костров? Может и вовсе не ветер?

Я слышу, я вижу, я пронизан доверием, не умом в колорит разодетым лёгкие дышат в груди,

И ни за что, и незачем, забывать или помнить, опустошать или полнить,

Если живы, то будьте добры, живите! Зов доносится неведомости и голос её восхитителен.

*

7.09.2014

Тени, они по ночам со мной говорят, извиваются, словно живые существа,

А днём скрываются в парейдолических огнях, их образах,

Так отсутствующее немое пятно воплощается в жизнь сквозь импульсы кипящего мозга.

Кто ж нам расскажет и кто нам покажет ещё?

Стало быть, хватает здесь возгласов, и нету, и нету, и нету,

Просторы пространственные украшают рельефы, плотские, земные, небесные,

И в нас отражаясь, рождают истому, прострации жемчуга! Но вот какие зрим мы меры,

Жизнь обрамляется так, и жизнь обрамляется этим,

Взрастает к солнцу пред чистым небом или тонет в грязи утопической задымленных недр,

А мне всё кажется, хочется, помнится, зрится, порой намного больше, чем есть или не было,

Это паранойя скребёт черепную коробку изнутри, когтями заточённой личности, в сплетении клубящихся нервов.

*

8.09.2014

Моё сердце иногда выходит погулять, проходит сквозь рёбра, сквозь плоть, словно себя растворяет, ввысь воспаряя. Грудь, как фильтр оставляет лишнее в себе, а всё что просачивается, уходит выше, и того будто нет, но нечто вышло, бродит по свету и тьме.

Если ты ещё дышишь, оно дошло и к тебе.

*

8.09.2014

Сегодня кефаль собирала блики с глади морской воды, это хороший знак, их солнце одарило мелодичными криками, что не слышатся, а ласкают поверхности плоти, проникая в пучины разума по струнам игривым, получая в ответ песни уст восхитительные. Наши голоса, своего рода эхо солнца, далёкие возгласы реверберирующие в воздушном пузыре на каменной подложке, объятой вакуумной похотью.

*

10.09.2014

Кто этим летом пожинает полынь, в мире вскружившем на полотне пустоты?

Умственные утописты многое ещё не покинули, ибо над выдуманной бездной повисли, и от того без устали рыскают. Им неведома истома, они на подвиги скупы.

Когда рыдальцы взвыв над жизнью и смертью воспевают обряды, это видится низостью, и живым, и умершим, одинаково проникшим в высоты пропастей,

Но, кто б ещё ожил из мёртвых и кто бы умер из живых, чтоб блеснула их глазами томными искра глубинная, вырвавшись с груди в виднеющейся дали, пронзающей сознание перспективой?

Я видел разное, и законное, и незаконное, но на кону те же цены стояли, мерами жизней щерблённые, тяжелеющими мириадами миров истоптанных,