Накопившийся неопределенный гнев нужно было куда-то излить, и Меррит сделала фантастический выбор. Она направила его в свое произведение, написав, как главный герой жестоко убивает врага. Описывая эту сцену, она плакала, тряслась и сжимала зубы. С тем же успехом она могла направить гнев на свою утреннюю прогулку, позволив себе проявить агрессию по отношению к высоким холмам… или обрушить его в неподходящем направлении — на свою семью, найдя повод использовать его как оружие. Но Меррит оказалась умнее. Она сделала своей отдушиной литературную работу.
И гнев повел себя так, как всегда поступает гнев, когда вы пропускаете его сквозь себя, словно ураганный ветер: он постепенно стих. На это потребовалось некоторое время, и это был не слишком приятный процесс. Меррит несколько десятков лет накапливала циклы, требующие завершения, и даже пара недель отрицания были всего лишь началом. Но важнее всего оказалось то, что она дала себе разрешение чувствовать гнев и училась пропускать его сквозь себя, а не удерживать внутри. Она ничего не делала с ним, ни на кого его не направляла, она просто отпускала его в мир, позволяла ему уйти. Меррит доверяла своему телу работу — сбросить всю накопившуюся ярость. Она представляла себе, как ее гнев уносится в дыру в озоновом слое.
Затем однажды ее гнев наконец стих, сменившись покоем, и в наступившей тишине она спросила себя: «Но если я не хочу секса, чего же я хочу?» Меррит вспомнила ночь, когда они с Кэрол экспериментировали с лубрикантами, вспомнила, как приятно было дарить удовольствие, и ответ незамедлительно к ней пришел. Она хотела доставлять удовольствие, поддерживать контакт, получать удовольствие и делиться им с любовью своей жизни. Испытывать удовольствие — все виды удовольствия, но особенно удовольствия своего тела — без защитной оболочки, укрывавшей ее от опасностей мира.
Нельзя сказать, что она никогда в жизни не испытывала удовольствия, но то удовольствие со всех сторон было прочно окружено самозащитой и занимало внутри нее крошечное место, размером с тюремную камеру. Когда Меррит сосредоточилась на удовольствии партнерши, ее тормоз разблокировался. Она точно это знала. Как же ей теперь полностью отпустить его и испытать удовольствие самой? Оргазм? Но об этом — в главе 8.
Если вы с партнером запутались в динамике преследования и дело дошло до того, что ни одна из предложенных выше стратегий не кажется вам обнадеживающей, скорее всего, лучшим выходом для вас станет терапия, в особенности если один из партнеров вместо влечения испытывает страх. Страх появляется, когда ожидание сочетается со стремлением, но это стремление не приблизиться, а оказаться как можно дальше. В неподходящем контексте вы становитесь как та крыса, которая слушала Игги Попа: встречаете практически любую стимуляцию реакцией «это что за черт?», поэтому не важно, что вы делаете, — все кажется вам одинаково плохой затеей. Если вы застряли в таком режиме — терапия. Она действительно эффективна, когда отношения прочные!
Если вы хотите попробовать терапевтический подход самостоятельно, воспользуйтесь одной из приведенных ниже идей и адаптируйте ее под ваши отношения. Я схематично изложу основные принципы.
1. Никакого секса. Это значит — никакого генитального контакта и никаких оргазмов в течение, скажем, одного месяца, или двух недель, или трех месяцев — словом, достаточно долго, чтобы вы успели прочувствовать переход на новый этап. Цель этого ограничения — избавиться от убеждения, будто любой физический контакт между вами должен заканчиваться сексом. Вы можете наложить временный запрет и на другие вещи — на все то, чему сопротивляется Партнер Б с низким влечением, чувствуя, будто его к чему-то принуждают. Чтобы он начал наслаждаться происходящим, не опасаясь: «Ох, что если этот чудесный поцелуй сейчас превратится в первый шаг к сексу, которого я все еще не хочу?» — и чтобы вы оба расслабились и насладились физической близостью.