ЕГ памагло мене паступить в пристижный масковский вуз.
Городок у нас небольшой. Одна половина населения любит стихи Пастернака, вторая предпочитает поэзию Бродского. Из-за этого и происходят все драки в городе.
Большую часть жизни Ньютон занимался не физикой и математикой, а алхимией. Из обычных веществ пытался получить что-то ценное. В дневнике ученого есть такая запись: «Вонь ужасная. Видимо, я близок к открытию».
С умными людьми приятно и в дурака поиграть.
Наконец-то озвучены требования террористов, захвативших россиян в Нигерии, – это два десятка стеклянных бус и складное зеркальце.
Однажды в гостях у родителей я рассказал анекдотический случай.
На приеме у врача-проктолога:
– Попрошу вас придерживаться моих рекомендаций, а главное – никаких там «газеток» и «журнальчиков». Вам все понятно?
– Не совсем, доктор. Что, мне теперь и читать нельзя?
Все домочадцы дружно смеются. Все, кроме папы. Понятное дело, его такой чепухой не насмешить. Академик. Изобретатель. Утонченная серьезность – это примета высокого душевного и нравственного устройства.
Успех острого слова зависит более от опыта слушающего, чем от мастерства говорящего.
Но в дальнейшем общении вдруг выяснилось, что он просто не знает, кто такой проктолог. Дожить почти до 80 лет и ни разу не заглянуть в кабинет специалиста по деликатным проблемам?!
За это мы, разумеется, немедленно выпили.
Мужчина устраивается на работу в симфонический оркестр. Его послушали – владение инструментом превосходное. Слух абсолютный. Играет эффектно. В общем – мечта любого оркестра.
– Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?
– Иванов.
– Иванов? Хм… Странно… А имя?
– Иван.
– Иван?! Удивительно, непостижимо… А отчество?
– Моисеевич.
– Ах, как глубоко бывает зарыт талант!
Когда у известного гистолога Невмываки спросили, как может он всю жизнь изучать строение червя, он удивился: «Червяк такой длинный, а жизнь такая короткая!»[65]. (Даниил Гранин)
«Новый автомобиль: как выбрать плюшевого мишку», «И все же, Ницше или Шопенгауэр: выбираем имя для щенка».
– Алло, здравствуйте! Тут неподалеку, вперемешку с птичьим клекотом и ненавязчивым шепотом ветра, будто озаряя багрянцем зеленеющие волны березовой рощи, обдавая жаром, словно летнее солнце в разгар знойного душного июльского лета, испуская легкую дымку подобно поднимающемуся туману от раскинувшейся глади озера на рассвете, распугивая лесных обитателей – работящих бобров, мудрых ежей и беззаботных свиристелей, догорает Дом-музей Пришвина. Нет, высылать машину теперь уже не нужно.
Чукча женился на француженке. Проходит месяц. Друг спрашивает молодожена:
– Ну как жена?
– Да ничего. Только вот грязнуля она – каждый день душ принимает.
На похоронах: «Ну и где же виновник торжества?»
В дневниках Тарковский анализирует и осмысляет творчество Томаса Манна и тут же читаем: «Купил гвоздей… Починил крыльцо».
Вчера дискотека «Для тех, кому за 70» была сорвана группой пьяных 50-летних подростков!
Пионер эры информационных технологий Стив Джобс считал, что креативность – это просто создание связей между вещами.
«Когда творческих людей спрашивают, как они что-то сделали, они чувствуют себя немного виноватыми, потому что они не сделали ничего на самом деле, а просто заметили. Это становится им понятно со временем».
Конечно, основатель
Вот лишь одна история, которая это подтверждает.
Уже после смерти С. П. Королева – одного из пионеров отечественной и мировой космонавтики – журналист Ярослав Голованов решил написать о нем книгу.
Но значительная часть жизни ученого, как сегодня известно, прошла в местах не столь отдаленных. И Голованов, желая узнать и об этом тяжелом периоде в биографии Сергея Павловича, написал запрос в лагерь, где тот сидел.
Чувствует ли себя Лжедмитрием творческая натура?
Оказалось, что начальник лагеря все тот же человек. Он-то и написал ответ:
«Заключенный Королев находился здесь с такого-то числа по такое-то. Освобожден такого-то числа. Никаких дальнейших сведений о судьбе заключенного Королева нет». Число. Подпись. Печать.
Удручающие строки… В это время главный конструктор был не просто знаменит на весь мир, а суперзнаменит[66].
Разумеется, управляющий тюрьмой о нем знал. Но вот мысль, что это тот же самый зэк, несколько лет трудившийся под его началом, ему в голову не пришла (рис. 9.5)…
Рис. 9.5. Через тернии сталинских шарашек к звездам
Как говорил Станислав Ежи Лец, мысли, как блохи, перескакивают с одной головы на другую, но не всех кусают.