Как называются женщины. Феминитивы: история, устройство, конкуренция

Если углубиться в старинные словари русского языка – изданные в XVIII и XIX веках, а также словари современные, но описывающие древнерусскую и старорусскую лексику, можно обнаружить, что в прошлом у многих мужских этнонимов существовали варианты: черкешенин, гречанин, индеанин и турчанин (ср. фамилию Турчанинов). Это такие же образования на – анин, как современное волжанин, например. Черкешенка, гречанка, турчанка – это их правильные пары на – ка. Просто мужские варианты на – анин вышли из употребления. А женские варианты на – анка закрепились. Почему? Во всяком случае, это коммуникативно выгодно, помогло избежать омонимии со старыми неодушевленными существительными на – ка: гречка (вошло в русский язык еще в XV веке), черкеска (одежда, точно было уже в XVIII веке). И не надо рыться в словарях, чтобы понять, почему так жизненно важен был женский этноним, отличный от слова турка. Нет, конечно же, не из-за посудинки, в которой хипстер варит ламповый эспрессо. А из-за распространенного в старину названия представителя турецкого народа: “…Заступился за бедного турку и насилу привел его изнеможенного и истекающего кровию к кучке его товарищей” (Пушкин. “Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года”. 1835). Турка = турок.

Что же говорить о гипотетической правильной паре к слову горец[3] – горка! Горка – маленькая гора, гора с – ка уменьшительным. Конечно, пользоваться этой формой как феминитивом мы не можем. Снова помогает – ян: горянка. Однако сравните официальное название жительниц Черногории: “черногорки отличаются стройностью”, “черногорки много курят”… Вместе с черн-, вторым корнем, горка не вносит путаницу.

• Надо ли говорить, что и эти незаметные отступления, модификации правил сформировались сами собой? Никакой лингвист, самый великий, никакая Академия наук не могут заменить невидимую работу естественного, ежеминутного отбора говорящими языковых единиц.

История “про финку, китайку и китаянку” очень хорошо демонстрирует сложность и саморегулируемость процесса словообразования и бесконечную наивность представлений о том, что какая-то рабочая группа филологов соберется, все-все продумает и придумает правильные феминитивы, которые каждый русскоязычный человек обязан будет употреблять. Или, наоборот, постановит считать слова автор и сантехник существительными общего рода. Нет, конечно. У языка столько же авторов, сколько носителей. Одни постоянно возникающие новации, в том числе словообразовательные, подхватываются, другие игнорируются. Так и создается непрерывно меняющаяся языковая система.

• Впрочем, омонимия, возникшая с появлением названий предметов болгарка, финка, чешки и т. п., не так уж страшна. Просто потому, что не так уж часты в реальной речи названия большинства национальностей и тем более жителей городов, и омонимы в одни и те же контексты попадают крайне редко. А из обычных контекстов почти всегда ясно, что имеется в виду. Кроме разве что совпадения названий жительниц и рек на – ка: уфимка и Уфимка, барнаулка и Барнаулка… Первое вызвало хулиганскую строчку: “И на Уфимке встреченный закат…”[4], второе заставляет, как мне рассказали на Алтае, называть жительниц столицы горного региона барнаулчанками, заимствуя еще одну модель, на – чан: заводчанин – заводчанка.

Резюме: всё просто

Итак, в тихой, нескандальной сфере обозначений людей по месту жительства, национальности и религии женщины всегда называются в русском языке не так, как мужчины: другими словами. Воспринимаются эти слова нейтрально и используются в любом стиле. Показатель пола, как правило, один и тот же: суффикс – к(а), иногда с модификацией, предупреждающей омонимию: китаянка (женщина), но китайка (ткань).

• Прогулка по заповедникам неумолимо толкает к выводу: в самом русском языке препятствий для естественного образования феминитивов нет. Для их восприятия – тоже. Как ни относись к феминитивам, как ни упрекай их в ненужной информации о поле, в разделении людей на два лагеря, но очевидно: в отсутствие дополнительных, неязыковых факторов вряд ли кто-то думал бы, унизительно ли слово художница по сравнению со словом художник, так же как сейчас никто не заявляет об унизительности слова ростовчанка по сравнению со словом ростовчанин.