Как отучить ребенка врать

Однако в рамках таких эпизодов не следует давать ребенку сразу несколько задач по типу «немедленно все исправь, и не ври мне больше никогда». В общем, мы наверняка обижены и выдвигаем второе требование с не меньшими основаниями, чем первое. Просто сейчас для этого не время – ведь мы уже как бы простили ребенку ложь, поскольку немедля установили истину и пошутили на эту тему… И раз мы пообещали простить неумелое вранье, так и нужно поступить – ведь мы же не хотим сами прослыть обманщиками, верно?.. Ну, а во-вторых, дети в силу своего возраста вообще отличаются склонностью к веселью по поводу и без. Тем более это касается случаев, когда страх за последствия каверзы быстро сменяется пониманием, что все обойдется… Так что нам не стоит удивляться, если нашу поучительную шутку ребенок использует, чтобы перейти к длинному пререкательству (разумеется, тоже на ноте юмора), или превратит в другую игру. В этом нет ничего плохого, но – при других обстоятельствах. Потому, чтобы не дать ему окончательно «выскользнуть» и уйти от темы, тон нам нужно менять быстро – повторный наказ должен следовать сразу за шуткой и уже определенно не носить оттенка юмора;

3) учитывать отныне и впредь, что дети сами по себе не отличают маленькие шалости от крупных проделок. Поэтому в большинстве своем они боятся последствий того и другого одинаково сильно. К тому же, как и было сказано только что, наша собственная непоследовательность часто дополнительно отучает их различать масштабы своей провинности. Это значит, что мы же должны и обучить их, в каких случаях речь идет о пустяках, а какие мы прощать не настроены и не станем. Таким образом, если у ребенка сласти регулярно крадут «собачки, котики, мышки» и прочая, так сказать, живность, от нас требуется просто объяснить ему, что он всегда может прийти к нам и попросить еще конфету/пирожное и пр. И что мы, конечно, дадим ее – стоит лишь попросить;

4) заменить хотя бы часть (правда, значительную) случаев наказаний за проступок условием «исправь». То есть начать наказывать чадо требованием убрать разбросанное, починить сломанное, поставить на место сдвинутое и др. Подчеркнем, что потребовать это можно не всегда, поскольку очевидно, что ни ребенок, ни даже взрослый самостоятельно не исправят поломку в сложной аппаратуре – клавиатуре, мобильном телефоне, роутере и пр. Этого не потребуешь и там, где необходим иной специальный навык, например шитья, если наше чадо «дорвалось» до тюля занавесок. Плюс существуют и другие безнадежно испорченные вещи… Скажем, наш проказник еще наверняка кое-как помоет разрисованные маминой помадой стены и зеркало в прихожей, но саму помаду взамен испорченной уж точно не купит. Так что полностью наказания этим вариантом не заменишь. Однако он создает некоторый эффект выравнивания – ребенок ощущает некую справедливость в требовании исправить то, что он наделал сам. А в наказаниях этого элемента вообще не слишком много – даже при подробных объяснениях, почему и какой именно вред нанесли его действия;

5) отменить практику укоров по «воспоминаниям» о былых проступках. То есть отвыкнуть припоминать ребенку провинности, совершенные более 2 недель назад, за которые он к тому же уже получил «свое». Согласимся, что ребенок, растущий под грузом «вечных» мук совести, – это не здраво, и едва ли можно рассчитывать, что такой груз даст ему вырасти адекватной личностью. Если мы очень любим использовать этот прием с целью удвоения его чувства вины за теперешнюю провинность, от него придется отказаться. Как уже было сказано, дети – народ забывчивый, поскольку их жизнь насыщена новыми событиями втрое сильнее, чем жизнь уже познавших этот мир взрослых. А стало быть, детям воспоминания о подробностях уже прошедших событий вообще даются нелегко. Так что удвоить их провинность отсылкой к прошлым похожим фактам у нас и не получится. А если получится, не забудем, что удар вернется к нам бумерангом. То есть наше чадо тоже начнет копить сведения о наших ежедневных ошибках по отношению к нему… И придет в итоге к частому для детей выводу, что мы, видимо, его ненастоящие родители и нам его просто подкинули;