Как Петербург научился себя изучать

Одной из наиболее значимых фигур как на дореволюционном, так и на послереволюционном этапах экскурсионного движения был Иван Михайлович Гревс, историк с профессиональным образованием, который на протяжении большей части своей карьеры проявлял также интерес к педагогической теории. Гревс был одним из первых российских педагогов, попытавшихся систематизировать экскурсии по гуманитарным и общественным наукам, и одним из решительных сторонников их включения в учебные программы на всех уровнях. Любимый учитель целого поколения организаторов экскурсий, и прежде всего Анциферова, он много лет проработал на историко-филологическом факультете Санкт-Петербургского университета и женских курсах имени Бестужева, а в начале 1920-х годов возглавлял гуманитарное отделение Петроградского экскурсионного института. Несмотря на то что он сам написал и опубликовал по истории и топографии российской имперской столицы относительно мало, Гревса сегодня часто называют экспертом в области изучения Санкт-Петербурга благодаря значительному вкладу, который он внес в методологию исследований города[140].

На университетских семинарах, которые он проводил в первые десятилетия XX века, Гревс учил несколько поколений студентов исследовать культуру отдельных топографических областей. Используя метод, разработанный им самим, он сначала уделял значительное время теории, показывая молодым людям, как работать со статистикой, картами, путеводителями и иллюстрациями, а затем, когда было возможно, вез их на длительную экскурсию в область, которую они изучали. Вооружившись информацией, полученной в результате многомесячной подготовительной работы, студенты обоснованно ожидали, что по прибытии в рассматриваемое место они обнаружат в современных сооружениях следы прошлого, увидят города как живые организмы, а не просто как совокупность отдельных зданий и учреждений. Хотя занятия Гревса в основном были сосредоточены на культурных центрах Западной Европы, его подход можно было легко адаптировать к районам, более близким к дому. В десятках статей по методике преподавания, написанных как до, так и после Октябрьской революции, Гревс продвигал свою систему сочетания серьезной семинарской работы с экскурсиями как лекарство от всех болезней системы образования и легитимный исследовательский инструмент. К 1920-м годам благодаря агитации самого Гревса и усилиям его восторженных бывших студентов, многие из которых впоследствии стали профессиональными педагогами, методика профессора приобрела популярность в образовательных кругах Санкт-Петербурга и в некоторой степени на всей территории Советского Союза. В конечном счете она стала основополагающей как для экскурсионной работы, так и для местных исследований, продвигаемых Центральным бюро краеведения Академии наук.

Поскольку влияние Гревса было огромным, пожалуй, прежде чем перейти к изучению работы его учеников и экскурсионного движения 1920-х годов, стоит подробно рассмотреть суть его методов преподавания. Для историка его поколения происхождение и ранняя профессиональная биография Гревса довольно типичны: детство, проведенное в провинциальном поместье, и посещение столичной гимназии, за которой последовало поступление на историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета[141]. Гревс решил специализироваться на истории Средневековья, работая под руководством В. Г. Васильевского, известного исследователя Византии. Он окончил программу с отличием и сразу же был принят в аспирантуру. Одновременно он стал преподавать в гимназиях, военных училищах и женских институтах столицы. В 1890 году Гревс начал читать лекции в университете, а в 1892 году – на Бестужевских женских курсах. Вскоре после этого профессор Васильевский заболел и Гревса попросили взять на себя преподавание на всех общих курсах по истории Средних веков. Дважды ему удавалось уклоняться от этих университетских обязанностей и совершать длительные исследовательские поездки во Францию и Италию для работы над своей магистерской диссертацией «Очерки из истории римского землевладения (преимущественно во время империи)». Работа была успешно опубликована, но вскоре после этого Гревс пережил ряд неудач, которые временно отвлекли его от карьеры ученого-историка, побудив к развитию других интересов, в том числе экспериментальной педагогики.