Вдобавок ко всему они знают, что такое слава. Ну как таких не полюбить? Перед благородной испанкой и в самом деле трудный выбор. Но из всех прекрасных качеств двух этих словно нарисованных рыцарей обратим внимание вот на какое:
Молодая надежда - сильная, ясная, незамутненная сомнениями, чистая и полная веры в жизнь, в ее радости, в ее щедрость.
Одного из двух ждут разочарование, страдание, тоска; но они об этом не думают, они - надеются. Каждый в полную силу.
Это замечательное свойство юности - способность надеяться. В юности человек уверен, что с ним ничего дурного не случится, что все в его жизни будет хорошо, а может быть, даже и лучше всех. Молодой человек надеется - и эта надежда дает ему силы стойко вынести все испытания юности. Видимо, так природой устроено: у молодого много сил и много надежд. У него сильные надежды - действующие, толкающие его вперед.
Вы молоды? Вы чувствуете себя молодыми? Надейтесь. Сегодня весь мир переживает эпоху больших изменений, и самые умные люди не могут предсказать, что будет со всеми через некоторое время, в каких условиях все мы окажемся. Но вы надейтесь - на вашу жизнь обязательно придется светлое время.
Беретесь ли вы за новое дело, встречаетесь ли с новыми людьми, или вам приходится почему-либо очень тяжко - надейтесь. Заболели? Надейтесь, что выздоровеете. Потеряли? Надейтесь, что найдете.
А если полюбите - всегда надейтесь, что ваша любовь встретит ответное чувство, что благородная испанка выберет именно вас. Надейтесь.
Снова почитаем стихотворение Пушкина, на котором мы остановились в прошлый раз:
Если спросить человека, любого человека: «Каким бы ты хотел быть? Что тебе нужно для счастья жизни?» - то ответов будет великое множество. У каждого свое представление о жизни и о счастье. Но, быть может, две пушкинские строки подсказывают нам лучший из возможных ответов. Такой ответ, с которым согласятся все. Такой ответ, в котором содержится все лучшее, что только есть в мире людей. Вот этот ответ:
- Я хотел бы прожить жизнь так, чтобы я всегда мог смотреть прямо в глаза каждому человеку, смотреть смело и свободно.
Смело, свободно и прямо в глаза. Прямо - значит ни перед кем не виноват. Ни от чего, ни от кого не скрываешься. Прямо в глаза - значит у тебя чистая совесть. Какая редкая радость - жить с чистой совестью! Многим эта радость незнакома, поэтому они ею и не дорожат - легко идут против своей совести, обрекая себя на мучения.
А еще подумаем: как хорошо быть рядом с человеком, который всегда смотрит прямо - не отводит глаз, не прячет их. Эту загадку никто не разгадал: почему обычный человек, если совесть его нечиста, не в состоянии прямо смотреть в глаза или выдержать прямой взгляд. Что есть такое в нашей душе, что не позволяет лгать, глядя в глаза?
Наука этого не знает, психологи не знают. А это совесть. К счастью, она есть у каждого, даже у самого бессовестного. И она заставляет нас отводить глаза, когда что-нибудь в наших словах или делах не так.
Но пушкинские рыцари смотрят прямо - это первое качество достойного человека, настоящего рыцаря. Благородный рыцарь смел не только в бою, но и в жизни, в отношениях с людьми. Он никого не боится, он не боится и за себя, за свою честь - он знает, что ни разу в жизни не совершил ничего дурного. Поэтому он смотрит смело и прямо.
И свободно. Это слово ни описать, ни объяснить, ни истолковать, ни заменить другим словом невозможно. Свободно - и все. Свободный человек тот, кому нельзя навязать чужую волю.
Два рыцаря перед благородной испанкой, казалось бы, зависят от ее выбора; но нет. Они свободны. Тот, кого отвергнут, не станет жалким, не согнется, не падет духом. Он может умереть - но умрет свободным.
И вот идет время, идут десятилетия. Нет, уже почти два столетия, как написано это стихотворение. А двое рыцарей все стоят и стоят перед благородной испанкой, и:
И пока они несут свою службу, пока они на часах, пока мы читаем Пушкина и думаем о его стихах, сохраняются и живут в нас высокие, лучшие человеческие чувства.
Примерно за два с половиной года до гибели Пушкин узнал, что его письма, и даже письма к жене, тайно читают в полиции. Он был взбешен; он назвал это скверным и бесчестным делом, свинством; сгоряча он подумал, что, может быть, это Наталья Николаевна, его жена, дала кому-нибудь списать его письмо? Он выговаривает жене: