Как сделать Россию нормальной страной

Можно привести много примеров того, как в советское время, чтобы обеспечить полную зависимость народа от партии и государства, уничтожались результаты труда, народнохозяйственные ресурсы и даже сами люди. Сталин ввел так называемые трудовые лагеря, но смешно предполагать, что престарелого академика рационально использовать на лесоповале. То же самое можно сказать и о Брежневе. В 70-е годы Советский Союз получил миллиарды долларов дохода за нефть и газ, однако все эти деньги были потрачены на постройку такого количества танков, которое даже теоретически не могло быть использовано ни в какой войне. Партия хорошо понимала: если людей сытно кормить, вербовать стукачей будет намного труднее.

Западные эксперты заявляли, что в СССР не было хороших менеджеров. Неправда! Мы в советское время прочли множество статей о хороших менеджерах, да вот только все эти статьи имели подзаголовок «Из зала суда». А как эффективно умела партия уничтожать ресурсы, чтобы держать людей на голодном пайке и на коротком поводке? Ведь задача горизонтальной экономики — контроль, а не эффективность производства, и посему она эффективно занимается уничтожением ресурсов.

Социалистическая экономика всегда проигрывает соревнование с капиталистической: в то время как капиталистическая экономика производит сначала «Запорожцы», потом «Волги», а потом и «Мерседесы», социалистическая сначала уничтожает «Волги», потом «Запорожцы», а потом и велосипеды. Зато человек, живущий при социализме, счастливее буржуя: достал двести граммов колбасы — и доволен.

В горизонтальном октанте владение материальными ресурсами иллюзорно. Чтобы понять этот закон было проще, выразим его известной русской пословицей: «на воре и шапка горит». Интерпретируем ее так: украденной шапкой человек воспользоваться не может. Он может воспользоваться только честно заработанной, не отнятой ни у кого, шапкой. Заметим, что украденная шапка не просто не греет и не украшает, она именно горит, потому что вокруг такие же завистники и воры, а шапки у них нет. Наверное, поэтому мы так часто видим памятники, где Ленин крепко сжимает кепку в руке.

Главное свойство двух октантов заключается в том, что в вертикальном октанте установлен приоритет духовного над материальным и поэтому в этом октанте есть возможность обладания материальными ресурсами, рационального использования материального мира и гармоничного сосуществования с ним. В горизонтальном октанте, хоть он и считается материалистическим, рациональное, подконтрольное человеку обладание материальными ресурсами невозможно. В этом главное различие между двумя октантами.

Если читатель собирается читать книгу и дальше (а он находится в самом начале ее), я очень просил бы перечитать выделенный курсивом закон три раза и запомнить его.

Вертикальный метод ведет к самодостаточности и созиданию. Созидание — это процесс создания материальных и духовных ценностей в большем количестве, чем необходимо для собственного потребления. Основным импульсом горизонтального метода служит чувство зависти, которая ведет к уничтожению и материальных, и духовных ценностей.

Когда мы говорим, что капиталистическая экономика удовлетворяет вертикальные потребности населения, слово «вертикальные» очень значимо: ведь капиталистическая экономика не удовлетворяет никаких горизонтальных потребностей. Она не дает возможности грабить и расстреливать, которой обладал любой начальник ЧК. А радость обладания дефицитом? В Америке есть все, кроме дефицита, а ведь злорадство — более сильное чувство, чем простое удовольствие. В Америке невозможно любить копченую колбасу так, как средневековый рыцарь любил свою недоступную даму; в Америке копченая колбаса продавалась всегда.

К использованию денег, которые являются кровеносной системой экономики, тоже можно подойти горизонтально и вертикально. Деньги можно использовать для того, чтобы закупать станки, производить товары и создавать рабочие места, в то же время предлагая услуги и товары, — это вертикальный подход. Можно использовать их и для того, чтобы, продав свой «Запорожец», нанять бандита для сжигания «Волги» соседа.