Читаем Как сделать Россию нормальной страной полностью

Мы говорим: для того, чтобы правильно внедрить в человека идеологию, нужно разрушить веру этого человека в эту идеологию. Но здесь же есть явное противоречие! Не допустили ли мы где-то ошибки? На самом деле управление системами очень часто включает в себя действия, которые на первый взгляд кажутся противоречивыми. Для того, чтобы сделать суп, вода сначала должна быть доведена до кипения, потом суп надо поставить на маленький огонь, а потом поставить его в холодильник, тем самым еще более снизив его температуру, и наконец, перед употреблением, нагреть (а в желудке он еще раз остынет). Итак, если мы вдруг сделаем вывод, что для приготовления супа нужно кипятить воду, то тот повар, который будет следовать этому принципу, просто сожжет посуду и испортит суп. Идея супа не состоит в том, чтобы все время держать воду кипящей. Она состоит в том, чтобы накормить человека, для которого этот суп предназначен, и поэтому для внешнего обозревателя некоторые из тех характеристик супа, которые казались важнейшими, например его температура, меняются, но всегда меняются так, чтобы на данном этапе приблизиться к выполнению главного назначения супа — сохранить его в качестве продукта питания.

Венцом созидания коммунистического общества является человек, беспрекословно выполняющий любой приказ, не имеющий никакой идеологии, но способный прочесть по бумажке любую мысль, не краснея и не запинаясь. Такие люди были у власти в Советском Союзе, такие люди находятся у власти и сейчас. С них очень трудно сорвать маску, их невозможно изменить. Они притворяются твоими сторонниками, но могут быть твоими врагами. Политически они очень сильны, потому что их флюгер идеально смазан и легко поворачивается в любом направлении. Но демократия берет свое, и сегодня мораль уже меняется к лучшему: руководители начали озвучивать требование личной лояльности как признак морали, а от личной лояльности недалеко и до политической позиции.

Человек может быть «сторонником» демократических идеалов совершенно механически, не имея возможности осознать их душой и не умея жить в соответствии с ними. «Демократическая» деятельность таких людей будет полностью антидемократична по сути и разрушительна для установления демократического строя в России. Иными словами, население зомбировано и идеологизировано, а нам нужны люди, имеющие собственные моральные устои и готовые им следовать.


Тоталитарное общество и цензура


Все знают, что в тоталитарном государстве существует жесткая цензура. Но наступает момент, когда эта цензура ослабевает или вообще исчезает и граждане могут говорить все, что им вздумается. В этот момент обозреватели часто делают ошибку, утверждая, что наступила демократия. Однако, как мы сейчас увидим, демократия и отсутствие цензуры —не одно и то же. Вопрос в том, что именно люди считают нужным сказать в условиях свободы слова.

В тоталитарном государстве существует цензура: в нем знают о существовании Индивидуального Я у каждого гражданина и понимают, что с индивидуальностью необходимо бороться, перекрывая доступ информации. В конце концов Индивидуальное Я может быть максимально ослаблено, особенно если вся информация, которой человек владеет, все то, чем он живет, пришло к нему через идеологические каналы. Тогда цензура уже не нужна, так как человек начинает действительно верить во все, что говорят пропагандисты, а значит, может совершенно спокойно высказывать свою, теперь уже ничем не отличающуюся от партийной, точку зрения.

Демократия включает в себя не просто свободу высказывать свое мнение. Необходима свобода высказывать то мнение, которое человек выработал, ответственно пользуясь своей независимостью, то есть создавая законы, которые защищают его и других, самостоятельно и с помощью объективной информации осмысливая окружающую реальность, занимаясь созидательным трудом.

Право голоса в стране, переходящей из тоталитарного режима в демократический должен иметь лишь тот, кто отвечает одной из следующих характеристик:

• занят продуктивным трудом или учебой,

• воспитывает детей или имеет других иждивенцев,

• владеет собственностью,

• активно участвует в строительстве гражданского общества.


При этом права голоса не может иметь

• отбывающий наказание по суду,

• алкоголик, наркоман, душевнобольной и умственно отсталый (в случае нахождения на соответствующем учете).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Лев Толстой
Лев Толстой

Книга Шкловского емкая. Она удивительно не помещается в узких рамках какого-то определенного жанра. То это спокойный, почти бесстрастный пересказ фактов, то поэтическая мелодия, то страстная полемика, то литературоведческое исследование. Но всегда это раздумье, поиск, напряженная работа мысли… Книга Шкловского о Льве Толстом – роман, увлекательнейший роман мысли. К этой книге автор готовился всю жизнь. Это для нее, для этой книги, Шкловскому надо было быть и романистом, и литературоведом, и критиком, и публицистом, и кинодраматургом, и просто любознательным человеком». <…>Книгу В. Шкловского нельзя читать лениво, ибо автор заставляет читателя самого размышлять. В этом ее немалое достоинство.

Владимир Артемович Туниманов , Анри Труайя , Максим Горький , Виктор Борисович Шкловский , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Проза / Историческая проза / Русская классическая проза
Расшифрованный Булгаков. Тайны «Мастера и Маргариты»
Расшифрованный Булгаков. Тайны «Мастера и Маргариты»

Когда казнили Иешуа Га-Ноцри в романе Булгакова? А когда происходит действие московских сцен «Мастера и Маргариты»? Оказывается, все расписано писателем до года, дня и часа. Прототипом каких героев романа послужили Ленин, Сталин, Бухарин? Кто из современных Булгакову писателей запечатлен на страницах романа, и как отражены в тексте факты булгаковской биографии Понтия Пилата? Как преломилась в романе история раннего христианства и масонства? Почему погиб Михаил Александрович Берлиоз? Как отразились в структуре романа идеи русских религиозных философов начала XX века? И наконец, как воздействует на нас заключенная в произведении магия цифр?Ответы на эти и другие вопросы читатель найдет в новой книге известного исследователя творчества Михаила Булгакова, доктора филологических наук Бориса Соколова.

Борис Вадимович Соколов , Борис Вадимосич Соколов

Документальная литература / Критика / Литературоведение / Образование и наука / Документальное