Как захватить Вселенную. Подчини мир своим интересам. Практическое руководство для вдохновленных суперзлодеев

Проклятие вам, глупцы!

Мысль защитить ядерные отходы угрозами божественного возмездия – это часть давней и гордой традиции использовать проклятия в качестве системы безопасности. Надпись на могиле Уильяма Шекспира гласит: «Друг, ради Господа, не рой / Останков, взятых сей землей; / Не тронувший блажен в веках, / И проклят – тронувший мой прах»[141]

. (В 2015 году Фрэнсис Теккерей, исследователь из Витватерсрандского университета, надеясь изучить останки Шекспира, заявил, что мог бы обойти последнюю волю поэта, изучая только поверхность его костей, не трогая их и не вытаскивая из могилы, а потом нашел еще одну лазейку: «А кроме того, Шекспир в своей эпитафии ничего не сказал о зубах».)

Что до книг, то в средневековой Европе в ту пору, когда их писали от руки и они были куда более трудоемкими в создании и потому дорогими, было обычной практикой включать в колофон на последней странице проклятьи. Угрозы могли выглядеть следующим образом:

– отлучение от церкви («Кто сию книгу не вернет назад, / На того не падет никогда Господа взгляд»);

– осуждение на вечные муки («Тот, кто покрадеши, или взямши, и не вернумши… да будет книга каки змея в его руке и раздерет его… да будет он пожран болью, кричамши громко о милосердии… да поглотит его полымя Ада на вечно»);

– болезнь («Да ниспошлет ему Господь жесточайшую из язв болезненных»);

– каннибализм («Если некто унесет эту книгу, пусть умрет смертью злой, пусть жарится в печи»);

– повешение («Не бери эту книгу, мой честный друг, / Пусть убережет тебя виселицы испуг, / А когда ты умрешь, Господь вопросит: / „И где же та книга, что ты утащил?“»); и даже…

– повешение плюс пытка птицами («Кто похитит книгу и унесет далеко, / За шею подвешену тебе быть высоко. / Слетится к тебе тот час воронье / И выклюет очи за прегрешенье твое. / А когда завопишь: „Ой-ой, караул!“ – / Вспомни, на что посягнуть ты дерзнул»).

После изобретения печатного пресса книги стали менее ценными, а проклятия эволюционировали в экслибрисы: простое обозначение частной собственности, обычно (но не всегда) избегавшее открытых проклятий в адрес тех, кто не вернет позаимствованный текст.

Собирались еще две команды экспертов, и их совместный отчет от 1993 года выдержан совсем в другом ключе; в нем предлагается говорить правду и отмечается, что если кто-то бросит вызов мифу и ничего плохого сразу не случится (а рак, полученный от радиации, может развиваться десятилетиями), то под вопросом окажется доверие ко всему проекту. Вместо этого эксперты предложили разбить послание на четыре уровня сложности, чтобы через 10 000 лет поняли хотя бы его часть: рудиментарный («здесь находится то, что сделали люди»), предупредительный («здесь находится то, и оно очень опасно»), базовый (что, где, когда, почему и как) и сложный (подробные объяснения и записи, карты, графики, диаграммы и т. д.).