Как Золотая Орда озолотила Русь

Впрочем, если и есть противоречия нашему логическому посылу, то это – ярлык Менгу-Тимура (от 1267 или 1279 г.) русской церкви. В нём говорится об освобождении церкви от таких налогов, как поплужное, тамга, ямская повинность, содержание послов из Орды и – что очень существенно – освобождение от участия во вспомогательных войсках во время ордынских походов. И отсюда делается заключение: раз церковь ото всех этих повинностей освобождалась, значит – автоматически

на всех остальных эти повинности распространялись. Этот вывод явно противоречит Марко Поло, Гандзакеци и обобщениям Соловьёва. Но противоречит ли им сам ярлык? Посмотрим внимательно. Ведь ярлык был выдан церкви, которая окаймляла как основные районы страны: Новгород, Смоленск, Суздаль, Волынь, так и приграничные лесостепные – от Киева до Курска (где ещё в 1274 году находились Ахматовы слободы баскака), которые были в сильной зависимости от Орды (Егоров В. Л.). А Гандзакеци и Поло говорят – логичнее всего – об основных, важнейших землях страны, откуда были изгнаны монгольские чиновники и баскаки: это Вел. княж. Владимиро-Суздальское. И Менгу-Тимуру не было нужды объяснять или уточнять, что их ярлыки освобождают духовенство как от существенных даней и повинностей в Курске, так и от малых даней в Вел. княж. Владимирском. Потому что современники всё это и так хорошо знали. Т. о., получается, что никаких противоречий между сообщениями Марко Поло, К. Гандзакеци, летописями, на которые ссылался Соловьёв, и данными Махнача с названным ярлыком – просто нет. А рассмотренный выше логический посыл очень правдоподобен.

394. А ситуация заключалась в том, что вел. князь Михаил никаких политических уступок не добился. Договорная грамота была заключена «по старине», а значит – на новгородских условиях. (В. С. Борзаковский, [395]) Особой строкой было прописано, что князь Михаил и бояре его не должны наводить рати на Новгород.

Когда после битвы новгородцы были заперты в Торжке, Михаил потребовал в качестве заложника их князя Афанасия, брата Юрия Московского. Новгородцы отказались, заявив, что они предпочтут лютую оборону и смерть, ибо «честь всего дороже» (Карамзин, Борзаковский). Михаил уступил, в заложники (до уплаты контрибуции) был отдан Фёдор Ржевский. Но после подписи мира и ухода татар Михаил пригласил Афанасия на переговоры и объявил его тоже заложником – также до уплаты контрибуции. И в это же время часть возвращающихся от Торжка новгородцев, в том числе раненых, были ограблены: у них отбирают оружие. Им становится понятно, что Михаил может продолжить войну (Карамзин, Борзаковский).

395. В. С. Борзаковский. История Тверского княжества. СПб., 1876.

396–397. Карамзин, т. 4, гл. 7

398. Это действительно так. Обнаружилась сия тенденция при Андрее Боголюбском, причём во время его наивысшего могущества. 8 марта 1169 г., собрав большинство русских князей и половцев, он штурмом взял Киев. А через год послал ту же армаду войск на Новгород, желая смять его одним ударом. Но новгородцы не стали отсиживаться в городе, а вышли в поле и в ужасной, кровопролитной битве разгромили суздальцев, смоленцев и их русских и половецких союзников в пух и прах. Крушили их без жалости, как викингов за 5 лет до этого. Пленных было столько, что новгородцы за гривну отдавали 10 суздальцев, более в насмешку, по цене барана. Понятно, что наши поздние московские летописцы не очень-то любили писать о таких делах. В 1215 году Ярослав Всеволодович (отец Невского) был приглашен на княжение в Великий Новгород. Лаврентьевская летопись утверждает, что перед этим новгородцы изгнали Мстислава Мстиславича, но, согласно Новгородской летописи старшего извода (которой историки, как правило, больше доверяют), Мстислав сам ушел на юг. Как заметил Сухарев Ю. В., править Ярослав стал властно и жестко, даже жестоко. Двое бояр были окованы и сосланы в Тверь. Это вызвало цепную реакцию. Начались волнения и борьба партий. По крайней мере два двора были разграблены. Один из дворов принадлежал тысяцкому Якуну Намнежичу. Второй – боярину Овстрату, который вместе с сыном был убит. Янин В. Л. считает, что Ярослав решил продолжить политику отца «разделяй и властвуй». Он попытался спровоцировать конфликт между боярскими группировками, чтобы, играя на их противоречиях, усилить свою власть. Но не получилось. Дальнейшее развитие событий привело к консолидации новгородцев. В Новгороде ему оставаться было опасно. Он переехал в пограничный город Торжок. И перекрыл подвоз хлеба из «низовой земли». Новгородцы послали Ярославу посольство с просьбой вернуться. Посланцы были задержаны. Та же судьба постигла следующее посольство, которое возглавлял посадник Юрий Иванович. И следующее тоже было задержано.