Кельтская Шотландия

Как обстояло дело с искусствами, не имевшими столь явного предметного воплощения, сказать трудно. Во всяком случае, похоже, процветала музыка, так как писавший немного позже Геральд Камбрийский отмечает, что шотландцы заимствовали музыку из Ирландии, но во многом превзошли своих учителей. А Геральд, наполовину валлиец, обладавший подлинно валлийской страстью к музыке, восхищался музыкой Ирландии, хотя и ненавидел эту страну. Он добавляет, что в Ирландии использовали два инструмента: арфу и тимпан (последний термин на классической латыни означает вид ударного инструмента, но здесь, скорее всего, используется для обозначения псалтериона, по струнам которого ударяли молоточком). В Шотландии музыканты играли на обоих инструментах, но прибавили к ним хорей (вероятно, имеется в виду крота или примитивная скрипка, так как из контекста выясняется, что речь идет о музыкальном инструменте). Геральд заявляет, что «по мнению многих ныне живущих, Шотландия не только сравнялась со своими учителями, но и намного превзошла их, так что они стремятся туда, как если бы там находился первоисточник искусства» (ibi quasi fontem artis iam requirunt). Наряду с местной музыкой новые монашеские ордена, скорее всего, обогатили музыку церковную, так как бенедиктинцы славились искусством исполнения ежедневных служб.

Говоря о литературе, мы как будто наталкиваемся на стену. То, что до нас не дошло ни одного литературного труда того времени, еще не означает, что их не существовало. Так, нам известны имена множества уважаемых шотландских писателей позднего Средневековья, хотя их произведения полностью утеряны. И мы не можем заключить, что эти люди не играли никакой роли в литературной жизни на основании того, что большая часть дошедших до нас памятников сохранилась в единственном списке, сделанном для личного удовольствия частным лицом. Судя по тому, что нам известно о предшествующей и последующей эпохах, в это время пользовались популярностью гэльские эпические произведения: до сих пор шотландский и ирландский гэльский почти не различались между собой. В Шотландии находилось слишком много монастырей, принадлежавших славным своей ученостью орденам, чтобы в их скрипториях не создавалась латинская литература, хотя в большинстве случаев речь шла о хрониках, часть которых сохранилась. Английский язык занимал странное положение: пробел в данном случае на самом деле не означает, что английской литературы не было, ибо в Англии, история которой предоставила лучший шанс выжить средневековым памятникам в целом, на протяжении полутора веков не создавалось литературных произведений на английском языке, за исключением заключительных частей двух монастырских хроник: по этому факту можно оценить размеры доминации норманнской культуры. Только в XIII в. английский снова становится литературным языком. Французский, как и латынь, был интернациональным языком той эпохи. Это был родной язык всех «новых людей» эпохи Давида, и, вероятно, именно этим языком предпочитал пользоваться сам король, хотя, судя по обстоятельствам его воспитания, он, должно быть с детства, говорил на трех языках (а позднее выучил еще и латынь): знание языков было для него столь же важным, как позднее для Якова IV. Его правление в общих чертах совпадает с эпохой песен о подвигах (chansons de geste), героического эпоса Северной Франции: «Песнь о Роланде» была создана в младенческие годы короля Давида. В Южной Франции с начала XII столетия расцвела новая школа лирической поэзии — лирической в самом буквальном смысле слова, так как она сочинялась для пения, — которая черпала вдохновение из представлений о куртуазной любви. Вскоре она распространилась по всей Европе. Давид царствовал в эпоху расцвета поэзии трубадуров, и Шотландия, в которой очень высоко ценили музыку, вряд ли могла проигнорировать такую распространенную моду.

Так и прошло долгое царствование Давида, прошло под знаком все возрастающих стабилизации, мира и благоденствия. Шотландский народ любил своего короля как отца, и хотя тот уже одряхлел, его наследником был принц с сильным характером и большим обаянием, в расцвете жизненных сил и обладавший опытом успешного правления в своих владениях. У принца было три сына. Однако последние годы Давида были омрачены печальными событиями. В 1149 г. вновь возникла угроза войны с Англией. У императрицы Матильды был сын от второго брака — уже достигший юношеского возраста принц Генрих, который долгое время провел при шотландском дворе. В 1149 г. он прибыл в Карлайл, чтобы получить рыцарское звание из рук Давида. Ему было уже 16 лет, и он был готов поддержать притязания своей матери. Он договорился с ярлом Честера о совместном нападении на Англию и обещал своему двоюродному деду подтвердить его права на владение Северной Англией. Давид готовился поддержать его, но ярл Честера перекинулся к королю Стефану, поэтому юноша отказался от своих планов и вернулся во Францию. Мир между Давидом и Стефаном так и не был нарушен.