Холодный дом (главы I-XXX)

Трудно было так измазаться чернилами, как измазалась она. К тому же она с головы до ног (с нечесаной головки и до изящных ножек, обезображенных изношенными и рваными атласными туфлями со стоптанными каблуками) была одета так неряшливо, что, кажется, ни одна принадлежность ее туалета, начиная с булавок, не была в должном порядке и на своем месте.

- Вы видите, дорогие мои, - начала миссис Джеллиби, снимая нагар с двух вставленных в оловянные подсвечники толстых конторских свечей, от которых вся комната пропахла горелым салом (камин давно погас, и в нем лежали только зола, несколько головешек да кочерга), - вы видите, дорогие мои, что у меня, как всегда, очень много работы; но вы меня извините. Теперь все мое время занято африканским проектом. В связи с ним я должна вести обширную переписку с различными общественными организациями и частными лицами, которые радеют о благосостоянии своих соотечественников. Я с удовлетворением могу сообщить вам, что дело подвигается. Мы надеемся, что уже через год от полутораста до двухсот здоровых семейств будут у нас заняты выращиванием кофе и обучением туземцев в Бориобула-Гха на левом берегу Нигера.

Ада молча взглянула на меня, и я тогда сказала, что все это, должно быть, очень отрадно.

- Очень отрадно, - подтвердила миссис Джеллиби. - И требует от меня всех моих сил; но не стоит их жалеть, если дело увенчается успехом, а я с каждым днем все больше верю в успех. Вы знаете, мисс Саммерсон, я просто не могу понять, почему вы до сих пор не заинтересовались Африкой.

Признаюсь, этот поворот в разговоре явился для меня столь неожиданным, что я растерялась. Я заикнулась было, что африканский климат...

- Лучший климат в мире! - перебила меня миссис Джеллиби.

- Разве, сударыня?

- Безусловно. Надо только остерегаться, - сказала миссис Джеллиби. Пройдите по Холборну, не остерегаясь, - попадете под колеса. Пройдите по Холборну осторожно, и вы никогда не попадете под колеса. То же самое и в Африке.

- Совершенно верно, - согласилась я, подумав: "Верно-то верно, но только по отношению к Холборну".

- Вот, не хотите ли взглянуть, - продолжала миссис Джеллиби, пододвигая к нам какие-то бумаги, - это заметки по поводу африканского климата и по всему африканскому вопросу в целом (мы их широко распространили) почитайте, а я пока закончу письмо, которое диктую... своей старшей дочери, - она мне заменяет секретаря...

Девушка, сидевшая за столом, перестала покусывать перо и поздоровалась с нами не то застенчиво, не то хмуро.

- Вот только допишем это письмо, и все мои сегодняшние дела будут завершены, - продолжала миссис Джеллиби с ласковой улыбкой, - хотя вообще работа моя никогда не кончается... На чем мы остановились, Кедди?

- "Кланяется мистеру Суоллоу и имеет честь..." - прочла Кедди.

- "...имеет честь уведомить его, - начала диктовать миссис Джеллиби, в ответ на его письменный запрос об африканском проекте..." Уйди, Пищик, не приставай!

Пищик (так он сам себя прозвал) оказался тем самым несчастным ребенком, который только что скатился с лестницы; подойдя с пластырем на лбу к матери, он мешал ей диктовать, показывая на свои разбитые коленки, а мы с Адой, глядя на них, не знали, чему ужасаться больше - ссадинам или грязи, которыми они были покрыты. Но миссис Джеллиби с безмятежным спокойствием, с каким говорила всегда, только бросила ему: "Уходи прочь, Пищик, несносный мальчишка!" - и снова устремила свои красивые глаза на Африку.

Она опять принялась за диктовку, а я отважилась тихонько остановить уходившего Пищика и, уверенная, что никому этим не помешаю, посадила бедняжку к себе на колени. Он очень удивился, особенно когда Ада поцеловала его, но вскоре стал всхлипывать все реже и реже, пока не затих совсем, и крепко уснул у меня на руках. Занявшись Пищиком, я упустила многие подробности письма, но все же сделала из него вывод, что Африка - это самое главное, а все прочие страны и вообще все на свете не имеет ровно никакого значения, и я прямо-таки устыдилась, что так мало о ней думала.

- Уже шесть часов! - проговорила миссис Джеллиби. - А мы обедаем в пять - то есть это только считается, что в пять, а на самом деле мы обедаем в разное время. Кедди, проводи мисс Клейр и мисс Саммерсон в их комнаты. Вы, наверное, хотите переодеться? Меня вы, конечно, извините, ведь я так занята. Ох, что за противный ребенок! Пожалуйста, мисс Саммерсон, спустите его на пол!

Но я попросила позволения взять малыша с собой, искренне уверяя, что он вовсе меня не беспокоит, унесла его наверх и положила на свою кровать. Нам с Адой отвели наверху две смежные комнаты, сообщающиеся дверью. В них почти совсем не было мебели и царил немыслимый беспорядок, а занавеска на моем окне держалась только при помощи вилки.

- Принести вам горячей воды? - спросила нас мисс Джеллиби и огляделась в поисках кувшина с уцелевшей ручкой, но так и не нашла его.

- Пожалуйста, если вам нетрудно, - ответили мы.

- Дело не в трудности, - отрезала мисс Джеллиби, - вопрос в том, есть ли у нас вообще горячая вода.